Избранная полностью

– Алан, тебе стоит иногда держать свой напор в узде. – говорит он. – Ты напугал бедную девушку.

– Это не я ее напугал, а видение. – отмахивается Тьма и нетерпеливо поворачивается к Хаос. – Элизабет, расскажи, что вы видели?

Хаос неторопливо возвращается к своему креслу, садится и только потом задумчиво говорит:

– Арин определенно точно может стать темной. Я видела у нее соответствующую ауру, а еще зверя. С ней был искатель, который послушно шел рядом. Думаю, можно будет назначить наставником ее проводника, потому что рядом был именно его искатель.

Тьма удовлетворенно улыбается и проводит рукой по длинным светлым волосам.

– Отлично. Значит, и вправду не зря ты уговорила меня вернуть ее из Иного мира, когда одна из твоих зверюшек раньше срока отправила ее туда. – он переводит взгляд и по очереди пристально смотрит сначала на Время, а потом и на Свет. – Вы же не против, если я проведу ритуал после того, как Избранные исполнят предназначение?

Время снова качает головой.

– Нет, я не против, если девушка так сильно тебе приглянулась, я выберу нового хранителя из остальных Избранных.

Тьма выжидательно смотрит на Свет, но она продолжает молчать.

– Что скажешь, Елена? – наконец, не выдерживает он.

– Мне все равно. – сухо отвечает она. – Ты ведь знаешь, если Избранные исполнят предназначение, то их души больше не будут светлыми. И я не смогу выбрать себе последователя среди них.

– Значит, ты не против? – на всякий случай уточняет Алан, хотя для себя он уже давно все решил.

– Нет, не против. Ты можешь выбрать любого из девяноста семи. Не вижу никаких причин, почему новой темной не может стать Арин. – Елена поднимается со своего места. – Если на этом все, я, пожалуй, пойду к себе.

– Да, и я пойду. – отзывается Хаос.

Время и Тьма тоже идут к выходу вместе с ними. Оказавшись в коридоре, они направляются каждый в свое крыло.

Хаос проходит по широкому коридору мимо своих комнат и выходит в сад, вдыхая прохладный ночной воздух с примесью цветочных ароматов. Она идет к Елене, которая наверняка уже ее ждет. Пройдя знакомым маршрутом, Элизабет открывает дверь и оказывается в спальне подруги, которая сидит у окна и задумчиво смотрит на темное небо.

– Ты уверена, что девушка станет темной? – спрашивает Елена, не поворачивая головы.

– Ты же знаешь, будущее переменчиво. – спокойно отвечает Хаос, внимательно наблюдая за реакцией подруги. – Но да, это один из самых вероятных исходов. Алан настроен серьезно, он принял решение, теперь дело за девушкой.

– Думаешь, она сможет… выполнить предназначение? – Елена поворачивается и смотрит на нее.

Хаос пожимает плечами и садится в кресло напротив Света.

– Пока рано об этом говорить. Арин ведь еще не в курсе, что ей предстоит сделать. – недолго помолчав, Элизабет спрашивает то, ради чего, собственно, сюда и пришла. – Елена, я правильно понимаю, ты не согласна мириться с таким будущим? Все еще хочешь совершить задуманное?

Свет обнимает себя руками, словно пытаясь согреться.

– Я не изменила решения. – наконец, отвечает она. – Но, Бэт, если ты не хочешь мне помогать, я пойму…

– Не говори ерунды! – взгляд Хаос становится мягким. – Тебе нужна моя помощь, и я готова предоставить ее тебе. Кроме того, если не я, к кому ты пойдешь? Габриэль…

– … придет в ужас, если узнает о том, что я задумала. Нет, никто не должен об этом узнать! – горячо говорит Елена, а затем спрашивает нерешительно, словно весь запал сдулся. – Бэт, почему ты решила помочь мне, а не рассказала остальным, что я задумала?

Хаос усмехается.

– Потому что ты – моя единственная подруга. – она разводит руками. – Ты всегда поддерживала меня во всем, и когда Алан предложил уничтожить ракшасов, ты встала на мою сторону, потому что каждое живое существо достойно жизни. И пусть это решение далось мне нелегко, но я встаю на твою сторону. Я всегда поддержу тебя.

Глаза Елены наполняются слезами. Она устало вздыхает, прикладывает одну руку к груди, где бьется рвущееся на части от боли и терзаний сердце, а вторую протягивает Бэт.

– Спасибо, спасибо, спасибо… – шепчет она.

Арин

Нас отпускают практически сразу, как только Хаос показывает мне видение. Нахожусь в полнейшей прострации, поэтому Йену приходится самостоятельно вести меня на выход. Оказавшись перед столом, за которым сидит Оуэн, Йен уточняет, в какую спальню меня определили, но я не слышу ни единого слова, стою, глядя прямо перед собой, и прокручиваю в голове увиденное снова и снова. Теперь мне определенно точно ясно, для какой цели Тьма возвращал меня к жизни целых два раза. Но почему я? Ответа у меня нет. Есть только один способ узнать, надо спросить напрямую у Тьмы. Вот только ответит ли он? Сомневаюсь. Да и, честно говоря, у меня нет никакого желания общаться с ним не то что в ближайшее время, а вообще никогда. Он меня пугает.