Юндор и Арена остались позади, но теперь Максиму предстоит принять свою судьбу. Нравится ему это или нет, ведь грядет война со Светом.
– Мы привели их, – доложил юндорский воинов, толкая вперед одного из пленников.
– Замечательно, – улыбнулся Эйгур, жестом приказывая лекарю остановиться. Полностью восстановить здоровье у него никак не получалось, ведь для того, чтобы получить титул Наргатта, ему нужно было действовать стремительно, устраняя всех, кто мог помешать его воцарению.
Перед эльфом стояло семейство Маома в полном составе. Ну… почти полном, ведь Кавилла Маома благополучно почила ещё несколько дней назад. От двойника он приказал избавиться.
Особенно Эйгура забавляло, что Хэммир Маома озлобленным зверем исподлобья взирал на своего возможного палача. Он старался не терять достоинства, но в окровавленной одежде, с заплывшим наполовину лицом казался ещё более жалким.
– Значит, свадьбы не будет, – усмехнулся Эйгур, размяв свою новую руку. Сейчас её заменял сверхсложный механический протез. Учитывая, какие интересные возможности он предлагал, глава дома Фатима уже не был уверен в том, что хочет вернуть утраченное.
– Что вам нужно, Фатима? – Хэммир, зло сплюнув кровавой слюной под ноги собеседнику.
Эйгуру жутко захотелось выбить дерьмо из этого дуанга, но сдержался. Есть другие способы сделать больно этому червю.
– Оставьте нас, – бросил он стражам, и те тот час выполнили приказ.
Хэммир удивленно посмотрел им в след, видимо оценивая шансы на удачный исход ситуации.
– Хэммир Маома, ты обвиняешься в убийстве сразу двух влиятельных эльфов, один из которых – мой старый друг Ваннур Тагома.
Эйгур замолчал, с интересом наблюдая за реакцией бедного эльфа. С его женой было все понятно – она была бледна как мел и уже смирилась с тем, что их ждет. А вот гордыня Хэммира мешала ему принять, что он проиграл. И это в какой-то мере импонировало Эйгуру, желание этого эльфа возвыситься. Даже когда мир рушился у него под ногами, он был готов ползти по трупам.
И Эйгуру очень хотелось проверить, насколько далеко тот готов пойти. Он легким движением вытащил из-за пояса небольшой кинжал и вонзил его в столешницу рядом, после чего отступил на шаг.
– Хорошо, – кивнул глава дома Фатима. – Я предлагаю тебе выбор. Видишь нож? Возьми его.
Пару мгновений Хэммир с недоверием смотрел на оружие, но затем быстрым движением забрал его, наставив острие на эльфа.
– Можешь попробовать пустить его против меня, но боюсь, в таком случае ваша судьба будет… не слишком радужной. Или… ты можешь взять этот кинжал, и убить им свою жену, – от этих слов на губах заиграла довольная улыбка.
– Что?..
– Ты слышал, Хэммир. Я дарую тебе амнистию и место подле себя, но взамен ты должен принести жертву. Выбирай, власть или падение.
– Хэммир, пожалуйста, не надо, – взмолилась Амрория.
– У тебя лишь один шанс выбраться из этого дерьма, Хэммир Маома. Убей её.
Оказавшийся перед непростым выбором эльф повернулся в сторону своей возлюбленной жены.
– Нет, Хэммир. Ты этого не сделаешь! Это же я?!
Эйгур отошел в сторонку и не без удовольствия наблюдал за тем, что будет делать отчаявшийся эльф. Хватит ли ему решимости убить последнего дорогого себе эльфа?
И когда Хэммир Маома ударил кинжалом свою жену, Фатима не сдержал смех, наблюдая за тем, как эти ничтожества борются за свои не менее ничтожные жизни, предавая тех кого любят.
– Интересно… А как бы повел себя «он»?
Хэммир сидел перед трупом жены судорожно сжимая кинжал в руках. Он не хотел, чтобы Амрория погибла, но у него просто не было выбора.
– Замечательно, – улыбнулся Эйгур. – Все прошло даже лучше, чем я предполагал. Ты принес жертву, Хэммир Маома. Воспользовался шансом, что я тебе дал, и заслужил награду. Теперь ты сможешь занять место подле моего трона. Но запомни хорошенько, Хэммир: если ты меня предашь, сегодняшняя ночь не станет худшей в твоей жизни.
– Послушай, Эль, я тут вспомнила кое-что… – сказала сидящая на полу Амелия.
Она любила проводить время в лаборатории артефактов, занимаясь учебой или магическими исследованиями. Первое время Керран был не в восторге от такого, но в итоге просто махнул на девушку рукой. Она ему не мешала и ничего не трогала, зато тому порой бывало здесь не так одиноко. Артефактор был одинок, но старался делать вид что это его устраивает, хотя это было совсем не так.
Аманэя уже привыкла, что её называют именем «Эль», и нисколько не возражала против этого. Наоборот, это лишь подчеркивало, что Аманэя Эльдираад умерла во время нападения на Дираадил.
– Слушаю, – отозвалась закрытая в артефакт душа.
– Вот, я много думала… ты пару раз упоминала свою бывшую хозяйку и говорила, что она была дочерью основателя, но почему-то никогда не говорила о её ребенке.
– Ребенке? – слегка замешкалась с ответом Эль.
– Да. Просто, ты рассказывала, что ей пришлось нелегко, но не говорила, кто был его отцом.
– Ребенок… Отцом…
– Эль…
«Ошибка».
«Попытка получить доступ к сегменту памяти Р6672»
«Ошибка. Сегмент данных заблокирован».
– Эль? Ты меня слышишь?
«Попытка получить доступ к сегменту памяти Р6672 через запасной мост ЗВ2»
«Ошибка»
