— Вот и все… — говорю я, убирая шлем и сплевывая кровь. Вне всякого сомнения, я повредил ему легкое и, возможно, печень. Приложи я чуть больше сил, и божественное оружие перерубило бы эльфа пополам, но в таком случае я бы не смог насладиться его предсмертной агонией.
— Думаешь… с моей смертью все кончится, червь? — хрипя, произнес эльф. Его лицо то и дело перекашивало от агонии, но он улыбался и даже смеялся, как ненормальный. — Ты глубоко заблуждаешься! Это лишь начало…
— Лучше бы обдуманно выбирал дальнейшие слова, — устало фыркнул я. Тело чувствовало себя так себе. Не смотря на то, что клинок поглотил немного крови и передал её мне, этого было мало, чтобы залечить повреждения от перегрузок использования Доспеха Боли. — Ведь они для тебя последние.
Хэммир продолжал смеяться, стоя передо мной на коленях, и даже не пошевелился, когда я навис над ним и прислонил клинок к его шее.
— Я не буду молить о пощаде. Не у тебя. Но кое-что все-таки скажу… — улыбка, больше похожая на животный оскал, исказила лицо Хэммира. — Вы падете от рук Света, а мы возвысимся. Наслаждайся последними мгновениями своей жизни, червь. Очень скоро она закончится.
— Хорошо сказано. Словно для трейлера, — усмехнулся я и одним точным движением обезглавил эльфа.
«Как-то все слишком просто. А где превозмогание? Где сражение на грани возможностей?» — фыркнул Эгос, видимо надеясь, что наша с эльфом схватка выйдет куда более ожесточенной.
— Не в этот раз, — фыркнул я, смотря на валяющуюся голову эльфа. Странно, но я думал, что буду рад его смерти, а на деле не испытываю вообще ничего. Разве что, если дорога сведет меня с Фией ещё когда-нибудь, то я с облегчением смогу сообщить ей, что этот ублюдок сдох. А вот тех, кто мертв из-за него, уже не вернуть.
— Вот и все, — усмехнулся Эйгур, смотря на итог схватки. Хэммир Маома оказался полезным инструментом, но чересчур сентиментальным. Ведь не его господин отдал приказ отправиться вниз и убить ничтожного человека, он сам хотел.
А может, Хэммир Маома просто хотел умереть? Убийство супруги и жены собственными руками не прошло для него даром, и возможно, в конце концов, привело его к неосознанному поиску смерти.
Как бы то ни было, Эйгура не слишком волновала смерть одного из поданных, на его место уже имелись десятки кандидатов. И более того, смерть Маомы не прошла даром. Сейчас перед глазами нарготта были данные, способные полностью перевернуть расклад сил как в этом мире, так и в других.
— Нарготт! — воскликнул один из подчиненных офицеров, склоняя колено перед правителем Юндора. — Зараженные Светом уходят.
Ничего не говоря, Эйгур изменил изображение. Схватка окончена, и продолжать наблюдение за Готхардом и его бабой для Эйгура было бессмысленно. Общая картина и вправду выглядела необычно. Не смотря на то, что в лагере людей ещё хватало очагов сопротивления, зараженные не спешили устранить их. Напротив, они массово уходили в разные стороны. Большая часть шла на юг.
— Покоряют новые территории, — догадался Эйгур. Но на всякий случай стоит отойти подальше, вдруг то, что находится под куполом, готово пробудиться.
Катрина сидела возле тела Люциуса и просто плакала. Монстров в округе я больше не обнаружил, как и других признаков врага, поэтому развеял Око Тантароса. Какими бы хорошими свойствами оно не обладало, но давало сильную нагрузку на разум, отчего у меня уже началась мигрень, и вот её Эгос к сожалению убрать был не в состоянии.
— Кэт?..
Она не услышала, и лишь когда я коснулся её плеча, дернулась, хватаясь за меч, но тут же успокоилась, увидев меня.
— Макс… Я… — забормотала она, буквально падая в мои объятья. — Максим… я… Я убила его… Понимаешь?
— Да… — киваю я. — У тебя не было выбора.
Хотел погладить её по голове, но неожиданно понял, что руки все в грязи и крови.
— Можешь поплакать, от этого станет немного легче… — мне тяжело представить, что она сейчас чувствует, и вряд ли я могу найти какие-нибудь слова, чтобы её утешить. Все, что я могу, это быть рядом.
— Максим… Он… Он не погиб, понимаешь?
Она подняла полные слез глаза.
— Кэт…
— Я не о том, — поняла она, как это прозвучало. — Во время драки он… Он был там. Он словно сдерживал себя и специально открывался. Тот Люциус, который меня вырастил, никогда не позволил мне так легко победить себя… Максим… А вдруг… Вдруг его ещё можно было бы спасти? Как тебя?
— Хватит! — рыкнул я, встряхнув её. Только не хватало, чтобы она теперь прокручивала в голове эту схватку и корила себя за то, что сделала. — У тебя не было выбора, Кэт. Мы НИЧЕГО не могли сделать. Слышишь? Ничего!
— Да… — не стала она спорить, просто отступила на пару шагов, слегка растерянно смотря по сторонам. — Ты прав…
Не уверен, что она действительно так думала, но то, как сильно эта потеря отразится на ней, покажет время.
— Ты убил эльфа? — немного отрешенно спрашивает она, видя обезглавленное тело в паре десятков метров.
— Да. Того ублюдка, о котором рассказывал.
— Пошли, нам надо поспешить к остальным.
