Мастер Киджи дал ему под зад крепкого пинка, и когда тот упал лицом прямо на окровавленный низ живота покойной Франчески, судьи грохнули от смеха. Растерянно оглядевшись по сторонам, не понимая, с чего вдруг им стало смешно, палач с заметным опозданием расплылся в идиотской улыбке, от чего судьи залились смехом еще сильнее, указывая на него пальцами. Лицо Гравиуса побагровело, а глаза увлажнились от слез. Он согнулся в приступе смеха и, сильно хлопнув ладонью по столу, в третий раз повторил одну и ту же фразу:
— Идиот, полный идиот…
Сатана взмахнул кистью руки, и видение, проявившееся в моей спальне, начало затухать, как прогоревшая свеча, пока полностью не исчезло.
— Проклятия этих мучеников пойдут впереди тебя на судный день. Что ты тогда скажешь Богу в свое оправдание?
Мне нечего было ему ответить, так как я действительно был шокирован увиденным. Когда я разрешил применять пытки, то во главу угла прежде всего ставил идею испуга ведьм и колдунов, чтобы быстрее развязать им язык. Сами же пытки должны были носить лишь символический характер.
— Теперь же знай, что на костре ты сжег праведника, ведь Йосеф никогда не помышлял о колдовстве. За это ты умрешь мучительной смертью. Я сделаю так, что люди станут называть тебя колдуном и чернокнижником.
Когда Сатана исчез, я почувствовал себя абсолютно больным и разбитым. Я понял, что он сказал мне правду и дни мои сочтены. И ныне своим Папским правом я требую от вас подвизаться в католической и апостольской вере, которую исповедует святая Римская церковь, и не изменять ничего из сказанного мною. Храните мое откровение вместе со свитком Сатаны втайне от всех, ибо в противном случае вы навлечете на себя высочайший гнев. И только смерть освободит вас от данного мне обета. Помните и запишите это очень ясно, чтобы знали будущие поколения священников Божьих:
«Из крови Избранника Божьего, останков первозданного Адама, запечатанных вод Бездны и Святой земли — семь духов великих сотворят плоть, в которую облечется Сатана в храме Господнем. И познает он дочь человеческую в ту же ночь у алтаря, а она родит ему сына, в ком будет обитать черная душа дьявола. И нарекут его Антихристом. Храм сей будет стоять высоко в Альпах.
Двенадцать слуг из князей, у которых в руках будут власть и богатство, присягнут матери Антихриста на верность, и она воцарится над ними. Они примут первыми на правую руку знак зверя.
Пусть святые отцы ждут рождения отпрыска дьявольского в палестинской Себасте. Мудрые сердцем смогут раскрыть его тайну и обнажить его сущность. Каждой ночью будет дьявол выходить из тела сына своего, оставляя его бездушным под покровом эфирного сияния. Только хитростью — его же оружием — смогут братья открыть всему миру, что он лже-Мессия.
Сборища сатанинские проходить будут раз в месяц 13-го числа в мрачном дворце, специально построенном для отпрыска на горе Хермон, куда во времена древние спустились 22 десятка падших ангелов во главе с Азазелем.
Лучше бы было для мира и для всех братьев наших, чтобы никогда не родился сын врага нашего!
Имеющий уши — да услышит меня, Аминь».
Как только Гонорий закончил диктовать, лекарь дал ему выпить успокоительный отвар, и Папа сразу же впал в глубокий сон. Писарь дословно все записал и, запечатав свиток, передал его архивариусу. Тот, в свою очередь, решил, что надежней всего будет скрыть его от глаз людских среди великого множества таких же свитков, пылящихся в хранилище Ватикана. Среди них он и пролежал нераспечатанным двести пятьдесят лет, пока в 1475 году его не обнаружил хранитель секретного архива Григорио Пальмери во время переписи хранящихся документов.
