Советник вышел и тотчас вернулся с юношей, щуплым на вид, едва не подросток; страх на лице выдавала совершенная бледность, пальцы на руках мелко тряслись. Гефестион воскликнул:
— Да это же младший Александр, Линкестиец!
Юноша кинулся в ноги Александру, обхватил руками его колени.
— Царь, защити! — в отчаянии вскричал он. — Я не понимаю, почему меня хотят убить! Я отроду не желал смерти твоему отцу и тебе! Я не хотел быть царём! Ты — избранный царь македонян! Спаси, не позволяй убить меня, безвинного!
Юноша зарыдал, униженно и громко, не отпуская колени Александра. Олимпиада, злорадно улыбаясь, выжидательно смотрела на сына. Антипатр и Гефестион замерли, не предполагая, чем всё закончится.
Александр поначалу растерялся и невнимательно слушал вопившего от страха юношу; даже брезгливо попытался оттолкнуть его. Но тот не расцеплял рук, понимая, что от этого зависит его жизнь…
Только что избранному царю пришлось лихорадочно думать — отдать несчастного и, конечно, безвинного тёзку на растерзание и тем исполнить желание матери или проявить милость. Хотя последнее неизвестно, чем могло закончиться. Троих сыновей Аэропа уже нет, нетрудно прикончить последнего — удобный случай… Оставить жить? У этого Александра, как и у его отца, остались влиятельные друзья; они будут благодарны, если царь оставит его жить. Дружеские связи и царю не помешают, а разделаться с ним можно всегда…
Антипатр, догадываясь, о чём думает Александр, негромко произнёс:
Александр понял, что первый царский советник не одобрит, если с Линкестийцем случится плохое. Делая вид, что не замечает возмущённого лица матери, он положил руку на голову юноше и миролюбиво произнёс:
Возведение на престол прошло с соблюдением ритуала македонских предков. На Александра возложили золотой венец, а первый советник Антипатр вручил массивное золотое кольцо-печатку — традиционный символ царской власти. Глашатаи разнесли весть о новом царе до отдалённых границ Македонии. Воспрянувшая духом Олимпиада уговаривала сына отметить событие торжествами с шествиями горожан и жрецов, театральными спектаклями и атлетическими состязаниями, но получила отказ. Лишь в храмах Пеллы совершились богатые жертвоприношения, а для народа организовали уличные развлечения: представления музыкантов, фокусников, канатных плясунов-невробатов и борцов. К вечеру на городской площади расставили столы с угощениями от царя — вином, мясом и хлебом.
В греческих городах и Персии, когда узнали имя нового правителя Македонии, отнеслись сдержанно, а то и с недоумением — молод! Куда несмышленому сыночку до матёрого царя Филиппа!
С первых дней Александр попал в водоворот внешних и внутренних событий, требующих немедленного вмешательства. Горные македонские области, усмирённые Филиппом, сославшись на неправильный выбор Собрания, объявили о неподчинении Пелле, грозили возвратом к суверенитетам. И греческие города, ранее изъявлявшие покорность прежнему царю, или хотя бы лояльность македонскому режиму, не спешили в Пеллу с поздравлениями. Заняли выжидательную позицию. Из Персии приходили сообщения, что затевается новая война, направленная против эллинов. Хрупкое политическое равновесие, достигнутое за двадцать лет Филиппом силой оружия и ловкой дипломатией, сокрушалось день ото дня. К тому же Олимпиада чуть ли не каждый день внушала сыну, что, пока жив хотя бы один претендент на престол, он в опасности. Антипатр не отставал от неё, намекал, что недавние соперники не забудут унижения.
Молодой царь соглашался с доводами. Оставалось разобраться, кто представляет угрозу и как, не вызвав подозрений, избавиться от людей известных и влиятельных. Нужен предлог, и лучше, чем обвинение в заговоре против царя Филиппа, повода не находилось! Вдохновляло обстоятельство, что македонский народ во все времена ожидал от царей проявлений силы и решимости. Иначе кому нужна слабая власть?
Аттал — первая цель. Если его не убрать, остаётся в силе его притязание на опекунство Карана, малолетнего сына Филиппа. При поддержке своего дяди молодая вдова Клеопатра остаётся царицей. Антипатр прав, при таком раскладе Клеопатра тоже подпадает под подозрение о заговоре против Александра…
Слабоумный Арридей, сводный брат Александра по отцу, не претендовал на царствование, но заговорщики в подходящий для них момент захотят использовать его…
Аминта, племянник отца, опасен тем, что придворная знать, ненавидевшая Олимпиаду и заодно её сына, имеют виды на него. В своё время Филипп при поддержке войска отобрал у него престол…
С кого начать? И как это сделать? Найдя удобный повод, чтобы выяснить мнение Антипатра, Александр начал без обиняков:
