Застольники от восторга зацокали языками.
— Поделом вору! — согласился Александр. — Рабы — существа неблагодарные. —
Смеялись так громко, что, показалось, едва не обрушился навес. Следом прозвучали другие истории, не менее поучительные. Неожиданно переключились на чудеса, происходившие в восточных храмах. Птолемей, человек образованный и пытливый в науках, не отказал себе в удовольствии показать знания:
— В Египте есть храм со статуей Сивиллы Прорицательницы. Как только паломники возлагают на алтарь дары, из груди изливалось молоко. Чем не чудо? А недавно я наблюдал в одном храме, как во время обряда на стене появилось горящее изображение бога и всяческие символы, хотя никто при мне не рисовал их и не поджигал.
— Чуда нет! — вмешался Каллисфен. — Предполагаю, что внутри статуи вложена ёмкость с молоком, соединённая трубкой с жертвенником. Когда разжигается огонь, воздух устремляется по трубке в ёмкость, откуда молоко вытесняется через отверстия в груди статуи.
Птолемей закивал головой.
— Такая механика возможна, соглашусь с тобой! Подобных чудес в Египте много, если пожелать их увидеть.
Александр при имени Амона насторожился. Сразу вспомнил давний забытый сон, старца Нектанаба, который напророчил встречу с Амоном.
Переспросил с осторожностью:
— Что ты знаешь об Амоне?
Птолемей с готовностью рассказал о том, что греки, посещавшие Египет, видели храмы главного бога Египта. Древнейший из храмов расположен в самом сердце ливийской пустыни, в оазисе Сива. Нужно проделать опасный путь к святилищу, чтобы увидеть бога, изображённого белым бараном с крутыми рогами. Все египетские правители, фараоны, посещали Сиву, чтобы получить покровительство Амона. Только после этого можно надеть венец со священными рогами «Барана Амона».
— Александр, ты интересуешься Амоном? Хочешь примерить его рога?
Это спросил Гефестион. Вопрос застал врасплох. Он не ответил, заставив друга сомневаться в уместности сказанного. Не вникая в ситуацию, Птолемей подхватил интересную тему:
— В пустыне лежат большие камни, похожие на статуи. Они как живые: с восходом солнца слышится странная музыка. Египтяне говорят, что так с людьми разговаривают боги.
Участники, не сговариваясь, повернулись к Каллисфену. Летописец не отказался от пояснений:
— Я могу предположить, что причина скрывается в разнице между ночным холодом и дневной жарой. Солнце в пустыне восходит быстро, скалы нагреваются, из трещин исходит воздух, слышатся звуки.
Александр, потрясённый знаниями Каллисфена, пожелал услышать ещё о Египте. Летописец на этот раз поделился тем, что сам недавно узнал от жрецов:
— Египет для Македонии может быть интересен закупками хлеба, пшеницы, большей частью. Кто владеет Египтом, тот владеет торговлей хлебом для Средиземноморья, Азии, Африки и Ближнего Востока. Не зря персидские цари двести лет не уходят из Египта. Кто им владеет, тот владеет миром.
— Помимо хлеба, чем богат Египет?
— Египтяне не зря зовут свою страну Хеми, или «Чёрная земля». Здесь находят железо, медь, свинец. Но главное богатство египтян — Великий Нил, река, ежегодно дающая плодородие полям.
Вмешался Птолемей:
— Я слышал, что Нилу приносят в жертву девушек. Их разрезают заживо, а они ничего не чувствуют. Разве не удивительно?
— Как можно терпеть? — поразился царь.
— Я тоже удивлялся, пока не уговорил одного жреца раскрыть секрет.
Посыпались шуточки:
— Ты уговорил несчастного египтянина или приговорил его?
— Друзья мои, не думайте обо мне дурно! — отбивался Птолемей. — Хотя не скрою, я проявил настойчивость. Жрец выдал секрет за хорошее вознаграждение. Слуги Амона нуждаются в наших заботах.
Пояснил, что девушкам дают вкусить сладкий сок тростника вместе с особым ядом, вызывающим невосприимчивость к боли. И тогда они с блаженными улыбками принимают смерть как награду.
Сотрапезники притихли, и вдруг царь решительно произнёс:
— Я посещу храм в Сиве.
— Зачем? — удивился Гефестион. — Если хочешь встретиться с Амоном, незачем идти далеко. Я найду тебе храм поближе, куда дорога не так опасна.
С Александром что-то случилось; он вскочил, опрокинув чашу с вином, закричал сдавленным голосом:
— Я сам знаю, что мне нужно!
Возникла напряжённая тишина. Для товарищей царя резкая смена настроения не в диковину. Чтобы превратиться из отзывчивого друга и веселого сотрапезника в одержимого гневом человека, ему требуется немного времени. Обычно он неистовствовал, пока в нём не срабатывала некая внутренняя заслонка, после чего успокаивался. Осматривался и удивлялся, если отмечал что-либо ужасное, что успел натворить. Но сегодня даже близкий его сердцу Гефестион не мог понять, что произошло с другом-царём.
