— Нилка, Нилка, что мы натворили… Я понимаю, я старомодная, смешная, но я не могу… не могу… Ты не виноват… ты не обязан… я сама… — сбивчиво лепетала она.
— Да что же такое? — Опешивший Нил опустил руки. — Объясни же, наконец!
— Помнишь, тогда, на озере, Когда ты хотел… А я сказала… А этой ночью… Но ты не виноват… Ты не бойся, я переживу…
Нил почувствовал, как жарко стало лицу. Он понял. Но отказывался поверить.
— Ты хочешь сказать, что ночью мы с тобой… Она кивнула, ненароком боднув его в живот. Нил с новой силой стиснул ее плечи.
— Линда, — тихо сказал он. — Я с тобой? Навсегда…
В этот день в университет они не пошли. Нахально смотались в кино, а «обедали» в кафе-мороженом, взяв на двоих полкило ассорти и литровый сифон газировки. Вечером он лихо играл на дискотеке в соседнем корпусе, а ночевал опять в комнате Линды. На этот раз обошлось без подкурки и капель в нос.
<Казалось бы — семнадцатилетняя девчонка до головокружения влюблена в семнадцатилетнего парня. Появляется другая — старше, явно опытнее в сексуальном плане, явно имеющая на него самые серьезные виды… Я прекрасно понимала, что стоит лишь пошевелить мизинчиком — и соперница будет повержена, и не перед ней, а передо мной опустится на колени мой желанный… Я столкнулась с чем-то, что властвовало надо мной, чем-то сильнее меня. Это было ново и очень неприятно… Вы скажете — голос естества. Глупости! Тут было, если угодно, сверхъестество! Только в нем, в этом смазливом юном неврастенике, мне приоткрылась сила, родственная моей, во всяком случае, равновеликая. Приоткрылась — и чуть не придавила!.. Что же говорить о нем? Он не ощущал своего избранничества. Меня поставили на его пути вовсе не для немедленного слияния в экстазе — последствия были бы катастрофическими! — а для того только, чтобы при моем посредничестве он открыл свое предназначение… Ночь напролет я обдумывала свою миссию, и к рассвету сложился план. Тут очень кстати подвернулся Ринго… Думаете, этот жук так просто закорешился с каким-то там сопливым школяром? И в тот же день этот школяр крадет книги из семейной библиотеки, чтобы обзавестись фирменной трубкой… Расширение сознания через ломку этических стереотипов. Обязательный этап любой инициации… А потом пришла очередь Линды. Со своей ангиной она могла запросто отмазаться от любого колхоза — но пришлось ехать в дурацкий отряд. Отрабатывать должок, о котором чуть позже… Конечно, я не рассчитывала, что эта дура влюбится всерьез. Возвратившись из колхоза, она первым делом прибежала ко мне плакаться и каяться. Я спокойно выслушала, даже обещала посодействовать. И посодействовала. Без ложной скромности замечу — режиссура всей сцены в общежитии была гениальна! (Прим. Т. Захаржевской.)>
<p>VIII</p><p>(Ленинград, 1973)</p>— А вот, попробуйте, роза с грецким орехом, нам из Молдавии прислали… Простите, милочка, запамятовала ваше имя.
— Линда Маккартни, — без тени смущения заявила Линда.
— Вот как? — с неприятной интонацией проговорила бабушка, а мама удивленно выгнула выщипанную бровь.
— Вы из Прибалтики?
— Из Даугавпилса, — подтвердила Линда.
— Надо же, а Нил говорил, что вы с Кольского полуострова.
— В Мончегорск мы переехали два года назад. Отцу предложили руководящую работу…
