— В основном жаловалась на некоего Роджера, — охотно поделился Дар, с удовольствием отметив, как занимаются едва заметным румянцем смуглые щеки. — На то, что в постели он так себе. Бедная киса… Могу утешить, я-то точно получше всяких Роджеров.
Изара мученически застонала и спрятала лицо в ладонях.
— Я этого даже не помню, — призналась она. — Да вообще мало что помню… И нет, Маграт, никаких утешений, пока ты пахнешь как еда. Надо ж было додуматься распахать себе руку серебряным ножом!
«А, точно».
Не то чтобы Дар забыл — трудно не помнить серебра, не столько режущего, сколько плавящего кожу. Дела нашлись поважнее, чем какая-то царапина. Теперь же, оказавшись в безопасности, в полумраке гномьего кабака, можно наконец расслабиться. Он придирчиво оглядел собственное запястье. Рана понемногу заживала, но всё ещё кровила и выглядела скверно — тогда как на смуглой коже Изары красовалось лишь несколько тонких белых полос.
— Не до того было, — честно признался Дар. — У тебя зажило махом.
— Я иммунная к серебру. Как от природы, так и… не от природы, в общем.
Будь Дар всамделишным охранником каравана — не понял бы нехорошего подтекста. Но вот беда — он никакой не охранник.
— Эти суки столичные над тобой эксперименты ставили? — возмутился он, сам от себя не ожидав такого гнева. Тёмного, жуткого — никто не смеет обижать его тигрицу! — Ты серьёзно им позволила?..
— Мне было двадцать, на мне висел образовательный кредит, а ещё двое тигрят. И на панель очень не хотелось, — парировала Изара, хоть и без особого жара. — Да, позволила. И кстати, спасибо столичным сукам — это не я здесь кровью истекаю.
Дар досадливо отмахнулся — мол, не преувеличивай, подумаешь, царапинка. И сам не заметил, как его рука очутилась в плену чужих цепких пальцев. Изара придирчиво оглядела воспаленную кожу. А затем вдруг поднесла его руку к губам и медленно прошлась языком вдоль раны, слизывая набежавшую кровь.
Да чтоб их, эти непотребные кошачьи штучки!
— Теперь быстрее заживёт, — невозмутимо заметила она, наконец разжав пальцы. А в глазах все адские демоны заплясали.
Нет, ну нарывается ведь! И даже скрывать не думает.
25
— С огнём играешь, маршал киса, — прищурился Дар, поймав её ладонь и сильно сжав. На себя потянул, вынудив чуть ли не улечься на стол. — В этот раз я воспользуюсь предложением, даже не сомневайся.
— Расскажи лучше что-то, чего я не знаю, — чуть насмешливо предложила Изара, сохраняя на физиономии всё то же бесстрастное выражение. — Кэмерин не твоя пара, я надеюсь?
— О, милая, да ты ревнуешь? — изумился Дар с нарочитым восторгом.
— Беспокоюсь. Она строила глазки моей бете.
Пришлось отпускать наглую тигрицу. О семье не разговаривают, думая о разнузданном сексе… да ну хотя бы вот на этом столе.
— Она бы с радостью построила их тебе, но ты уже занята…
— Что?..
— И нет, упаси Хаос, мы совершенно точно не вместе. В сексе я предпочитаю быть сверху, — поделился Дар, но тут же посерьезнел: — Кэм — вдова моего брата. Я помогаю ей воспитывать Хоту. И навожу порядок на Севере после правления республиканских тупиц.
— Раз уж альфа-самку сосватали твоему брату, то выходит, главой клана тоже был он? — предположила Изара. Сообразительная девочка, мать её так. — Что с ним случилось?
Не та тема. Место и время тоже не те. Однако же попробуй уйди от ответа, когда на тебя смотрят пронзительно и так выжидающе, будто готовятся услышать великую тайну мироздания.
— Я убил его, — признался Дар. — Не пожалел с тех пор ни разу. Подробностей не будет, уж извини.
Он ожидал какой угодно реакции… но, наверное, никакой ждать не стоило. Предсказуемость — это не про кошек.
— К сожалению, иногда у альф просто не остаётся выбора, — накрыв его ладонь своей, произнесла Изара с неожиданной мягкостью. — Я своего брата тоже убила. И что уж скрывать, мне понравилось. Одним выблядком меньше.
Справедливо. Выблядков вообще надо без промедлений пускать на удобрения, а не печалиться по ним, какими бы близкими они ни были. Ньордан был близок. Роднее всех, даже отца и матери. Сильный, уверенный в себе альфа, с малолетства умевший управляться со стаей. Дар едва научился этому к своим сорока, да и то лишь потому, что была необходимость. Нужно было выживать каким угодно способом, не было времени на нытьё, на уроки от старейшин клана. Ни на что не было.
Только на погребальный костер, который Дар сложил своими руками. Сам же и поджёг, с мрачным удовлетворением наблюдая, как тлеет тело его брата. Того, кого он любил. Того, кто обманул все его ожидания. Последние минуты его жизни как вольного альфы шли пеплом, пахли гарью и паленой шерстью. Звучали шепотками за спиной, сплетнями о братоубийце, сомнениями в его силе.
К Хаосу их. Дар справился. Справились они с Кэм, подмяли под себя весь Север, объединили кланы, отстроили Таненгрев. Не дали всем сдохнуть в Великую зиму. Они, не Ньордан. Из того и удобрение-то наверняка вышло так себе, как оно и бывает с распоследними мудаками.
— И подробностей также не будет?
— Не сегодня. Неохота, знаешь, вконец испортить атмосферу.
