"Ненавижу мужской стриптиз. Да и к женскому так же отношусь. Ну больная я, видать, что теперь поделаешь. И все равно, вот ведь скоты бесстыжие! Так и норовят своими красотами напоказ потрясти. Шишкотрясы хреновы. Да и самой как-то стремно. Хоть и чужие у меня теперь стати, а все никак к новым половым традициям не привыкну. Хорошо, что хоть вид этих пацанских достопримечательностей, никак на мой душевный покой не влияет. А то, как встал бы этот черенок на них глядючи, так позор бы на всю армию был. Ладно. Хватит уже в душе копаться. Лучше итоги подвести. К чему мы там с майором пришли. М-да. Хрен знает, как ко всему этому относиться. Ну подарил он мне времени на раздумье до конца года. Ну и что? Не шибко-то ему мой гонор понравился, но явно виды у него на Колуна. То ли он сам в новую часть какую валить собрался, а меня с собой забрать хочет, то ли еще какая хрень…"
Павла от души обрабатывала новоприобретенного соратника. Тот блаженно мурчал, и пыхтел паровозом. Слегка добавив пару, она продолжила свои раздумья, не прекращая экзекуцию.
"Да, нá тебе, Васек! Этого ты хотел! На! Это тебе, чтоб ты меня больше Муай Таем не попрекал. И еще! Я ведь и веником из тебя дух выбить могу. Только, как ты, при этом вслух болтать не буду, чтоб самой сознание не потерять. Дыхание беречь надо. Давление-то мое никуда не делось. В засаде оно стервозное сидит, и мою глупость караулит. Та-а-ак! Что-то дышать мне все тяжелее и тяжелее становится. Еще ударов двадцать, и срочно валить из парилки надо. А обещанный майором взвод-то и не особо какая синекура. В этом году вон майоры могут и бригадами командовать, а некоторые старлеи и батальон потянут. Впрочем, никакая пехтура даже со старлеевскими петлицами сразу роту десанта не потянет. А в десанте сейчас ротами редко летехи рулят, все те же старлеи больше. Да и тех старлеев, для этого, чуть не из сержантов растят. У них за спиной уже пять-семь лет службы в какой-нибудь АБрОН, или в отдельном полку. Сотня прыжков и раза три по столько же пеших маршей. Да еще за спиной и несколько учений с выброской в условиях максимально приближенных. Нá, Васек! А я? Кто я такой? Да все лишь летун. Да, с боевым опытом. Да, Китай прошел. И хватит уже киксовать о былом. Павел прошел, значит и я прошел. Ведь Павел, это теперь я. Но сухопутный-то опыт командования старшего лейтенанта Колуна практически нулю равен. И майор это отлично понимает, хоть и приятно удивлен моими талантами. Вот поэтому и дает он мне шанс на постепенный управляемый взлет и переквалификацию. А то ведь, при потере скорости на наборе высоты, и в штопор свалиться мог бы. Явно Гаврилов хочет меня потом и повыше поднять, но смотрит, что за человек ему так чудесно в жизни встретился. Это наверное, как перед свадьбой гражданским браком пожить. Ладно! Договор есть договор. В течение всего 39-го года я могу еще к нему попроситься. Понимает ведь он, что вот так сразу никакой нормальный летчик штурвал не бросит. На, на последок! Ша".
— Васятка, вставай давай. Я тебя кабана ополаскиваться тащить не намерен.
— Что уже скис, Колун. Да! А я только было расслабился. Чуть было даже не закемарил. Больно уж ласково ты веником гладишь.
— Да это ты сам от моих плюх уже, как красна девица на первом свидании, видать с чувствами расстался. А сейчас мне тут про нежность втираешь. Живо пошли ополаскиваться, котяра запечный! А то, как в Саки приедем я тебя докторам местным сдам, чтоб проверили твои параметры. И прикуют они тебя "голубу" к конусу, так примерно на месяцок. Чтоб за своим да чужим здоровьем следить научился.
— Хрен они меня куда прикуют. Ладно, пошли оплоснемся. А попарились мы знатно. Словно и не бегали десятка полтора километров. А кваску десантники могли бы и побольше дать. Зато баня у них… эх, хороша!
Не особо обильное, зато очень душевное застолье в летней столовой тренировочного лагеря постепенно двигалось к завершению. После ряда взаимных тостов, хозяева уже перестали косо смотреть на своих гостей. Павла постепенно привыкла опрокидывать в глотку рюмку якобы коньяка живописно кривясь и крякая. Про ее филонство знали только коллеги по рейду и майор. Совесть бывалой защитницы правды слегка поскрипывала, но обижать хозяев отказом она не хотела. Впрочем обиды если и были поначалу, то к концу застолья уже сильно подзабылись, а разговоры стали раскованнее. И хотя водки было не слишком много, но результат был налицо, квартет летунов признали за своих. Когда поповский метод знакомства плавно перешел в официальное прощание начальство занялось анализом результатов случившегося учебно-боевого прецедента.
…
— Ну и наконец подведем итог, товарищи красные командиры. Что касается эффективности диверсионных действий в учебном рейде, а также мерам противодействия таким действиям, главные уроки мы с вами извлекли. И еще. Как для наших, так и для вражеских пилотов сбитых во враждебном тылу, важное значение для выживания будет иметь либо имеющееся знание местности или наличие толковых проводников. Вы согласны товарищи летчики?
— Так точно!
