Избранница Владыки (СИ) полностью

 Прошло полгода. Максимус больше в церкви не появлялся. После того, как обозленная на собственную слабость Иова дала ему наконец полный отворот - поворот, по ее настоятельной просьбе, Макс исчез из ее жизни. Чего никак не скажешь о ее душе. О своем тайном воздыхателе, Иова теперь узнавала лишь из немногочисленных обрывков разговоров его бывших друзей, с которыми он тепер тоже, почему - то не общался. Никто не мог понять, почему он так внезапно ушел из церкви, ведь был таким ревностным христианином?! Молодежь без конца трезвоня на этот счет, выдвигала различные версии. Многие списывали это, на какое - то тайное, любовное разочарование, о котором, скрытный Макс никогда никому не рассказывал. Нашелся даже умник, который выдвинул предположение о наркотиках. Но ему быстро закрыли рот. Несмотря на то, что Нардипский был в церкви недолго, многие ребята его быстро приняли и полюбили. Ведь он среди всех всегда душа компании, с ним было весело и интересно. Поэтому отсутствие весельчака Макса молодежь переживала очень даже бурно. В особенно это касалось девчонок. Мягкий и обходительный молодой человек сумел быстро завоевать и разбить сердца многих из них. Такое количество поклонниц за короткий срок, вызывало у парней зависть и не оставляло никаких сомнений - Макс впал в блуд. По этому поводу многие интересовались мнением Иовы, на что та лицемерно разводила руками, мол пес возвращается на свою блевотину, откуда пришел, туда и ушел, и хватит об этом! Она неимоверно устала от этой темы. Отчитывая молодежь за клевету и осуждение, всевозможными способами, пресекая ненужные сплетни, в душе Иова вынуждена была признать, что ребята правы. Бесконечные разговоры о его мнимых пассиях, были нестерпимы для Иовы! Особенно невыносимо было выслушивать сердечные излияния девочек, безумно влюбленных в Нардипского. С безграничным доверием, как подруге, они в деталях описывали те знаки внимания, которые щедрый парень без стеснения дарил каждой из них. Чем больше Иова с ними общалась, тем увереннее становилась в правильности выбранного ею решения. Нардипский - обыкновенный бабник, он использовал каждую из них в своих целях. Но самым обидным для Иовы было то, что она оказалась в одном ряду с теми неопытными малолетками, с которыми Нардипский успел закрутить. Униженные и обиженные одна за другой девчонки приходили к Штельман на консультации и спрашивали у нее совета: как избавиться от болезненной, безответной любви? Как выбросить этого подлеца из головы? Что предпринять, чтобы, забыв прошлое измениться и начать жить исключительно для Бога? Бедная Иова, как ей было тяжело! Она с жалостью смотрела на этих девчонок и не находила ответов, лепетала что-то о лучшем лекаре - времени и не верила сама своим словам. Что толкового она могла им посоветовать, если подобно им, сама болела той же болезнью и никак не могла исцелиться? Безжалостно разрушая девичьи фантазии, Иова безумно злилась и ревновала!. От этого, бесконечно мучимая собственной совестью, она стала сильно тяготеть к одиночеству. Часами, вымаливая у Бога прощение, Иова иногда все же впадала в ропот, обвиняя Бога в несправедливости и требуя помощи для себя и Макса. Оба: и он и она, мечтали теперь лишь о том, чтобы забыть друг друга; но уже не могли! Время для Иовы превратилось вспять. Засыпая каждый вечер, она думала только о том, чтобы утром не проснуться снова. Сама жизнь без Макса стала нестерпимой пыткой. Любовь, обида ненависть, ревность, чувство вины и осуждения, переплелись в ней воедино, быстро превращая жизнерадостную молодую женщину в отчужденную неврастеничку. Около полугода она не видела и не слышала Нардипского. Ее надежды на время и расстояние себя совершенно не оправдали. Вместо того, чтобы притупиться, чувства наоборот, росли. В невыносимых, душевных муках женщина готова была драться на стену. Макс мерещился ей всюду и всегда! Не было минуты, чтобы она не думала о нем... Часто просто шагая по улице, она искала его взглядом среди прохожих и не находила. Иногда возникало сильное непреодолимое желание бросить все, забыть гордость и мораль и рвануть к нему! Но вскоре дикие, нелепые порывы подавлялись голосом разума и все снова возвращалось к своему привычному началу: дом- церковь, дом - церковь.

На дворе стоял конец ноября. Часто переменчивая погода оставляла желать лучшего. Притащив с собой с севера холодный, штормовой ветер, в права вступала матушка - зима. Сбивая с ног немногочисленных прохожих, которым в этот непогожий час пришлось покинуть свои теплые квартирки, буйный вихрь, вздымая клубы серой пыли и остатки подгнившей листвы, беспощадно хлестал их лица мусором и дождем. Стремительными перебежками те летели кто куда, поскорее мечтая укрыться от надоедливого, жгучего ветра. Все, кроме Иовы...