— Саша, ты только не пугайся, — спросить, чего именно не надо пугаться, я не успела, Айк перехватил поводья одной рукой, а второй, аккуратно приобняв меня, передвинул так, что я оказалась вплотную прижатой к нему и сидящей фактически в его седле, но теперь мне было видно все, как на ладони. — Уххх — восторженно выдохнула я.
— Так лучше? — уточнил мне в волосы мой непостижимый лорд. Я кивнула, разглядывая огни магических свечей под нами. Не могу же я ему сказать, что я бы все отдала, чтобы всегда с ним любоваться этим городом.
Когда перед тобой раскинулась непостижимая древняя столица Земель первородных, в которой магия — такая же неотъемлемая часть, как в современных земных городах — электричество, а за тобой — самый лучший во всех мирах мужчина, пусть даже он и не догадывается о твоих чувствах, — уже один этот миг стоил всех тех ударов турсоком и всех моих шрамов на спине. Ловлю себя на том, что плохое настроение осталось где-то внизу, а в душе воцарились восторг и радость.
— Саша, — раздалось у моего уха.
— Что? — все также улыбаясь своим мыслям и открывающемуся виду, поворачиваю голову и утопаю в золоте его глаз. Забыв, что спрашивала, снова тону в этом взгляде, сейчас его глаза похожи на волшебное море, они убаюкивают и гипнотизируют одновременно. — Саша — выдыхает лорд мне прямо в губы, и я не успеваю ни о чем подумать, как он накрывает их своими и целует, нежно и долго. Голова начинает кружиться, и я, вздрогнув от страха, что сейчас свалюсь, вцепляюсь в него обеими руками. — Шшшшш, моя маленькая леди, я тебя держу. Не упадешь, слышишь? — Меня аккуратно устраивают в своем седле, продолжая крепко прижимать к груди. — Вартуш, таррассе. — Змей расправляет свои туманные крылья и ловит поток воздуха. Мы плавно качаемся как на волнах. Айк задумчиво перебирает пряди моих волос, ухмыляется:
— Вино крайне коварное, да, леди Александра? Как Вас еще могло угораздить оказать на Вартуше, да еще в таком положении.
— В каком еще таком положении? — решила поучаствовать в диалоге я, создавая видимость того, что еще в состоянии соображать.
— Вот в таком — решает наглядно продемонстрировать акши, снова начиная целовать. На этот раз куда более требовательно, чем в первый раз.
Когда мы все-таки добрались до дома, мои губы горели от поцелуев, а сердце стучало как бешеное. В голове вообще была полная каша.
Айк же спокойно соскочил со змея, аккуратно снял меня и отнес к моей комнате. Привычно прикоснулся губами к волосам на затылке и ушел, пожелав хороших снов. Закрыв дверь в свою комнату, я еще долго стояла, прислонившись к ней спиной, и пытаясь понять, что же это сейчас было. Может, и правда он меня усыпил на время полета, и все случившееся — плод моего больного воображения. Подошла к зеркалу, оттуда на меня смотрела взъерошенная девушка в длинном синем платье и темно-синей накидке с черными лентами, завязанными бантом на шее.
— Мдаа, припухшие губы явно не могут быть плодом моего воображения. — резюмировала я. — Да и прическу он попортил, раньше полеты на Вартуше не превращали мои волосы в воронье гнездо.
Скинула накидку и ботинки, стянула через голову платье. Снова посмотрела на себя в зеркало.
— Вот и как мне его понять? Что еще за игры такие? Я же только-только настроилась на медленную осаду, а тут какая-то лобовая контратака, да еще там, откуда и не ждали… — к вороху снятой одежды присоединились и чулки, я осталась только в нижней рубашке и белье. — Вот черт! Все равно ничего сейчас не придумаю разумного… Так что, цитируя крайне неглупую женщину, не буду думать об этом сегодня, подумаю завтра.
Весь следующий день думать о странном поведении Айка мне было попросту некогда. Женька таскала меня из одной лавки в другую, и от количества узоров, орнаментов и цветов на салфетках у меня скоро зарябило в глазах.
— Жень, остановись, пожалуйста. Мне уже нехорошо от этой беготни. — одернула я подругу на середине проспекта Красной реки, главной торговой улицы столицы. — Давай где-нибудь передохнем пару минут.
— Ладно, но недолго. — согласилась на уступку подруга и пошла в направлении ближайшего кафе.
Несмотря на то, что Желтая луна уже полностью вступила в свои права, зима не торопилась сдавать позиции так быстро. Солнце светило по-весеннему ярко и приветливо, но ночи еще частенько были морозные, и по утрам на окнах можно было обнаружить ледяные узоры. Поэтому зайдя в кафе-кондитерскую и разместившись за одним из свободных столиков, мы первым делом заказали по чашке горячей каппы.
— Так, сверимся со списком, — Женя сняла накидку и перчатки и теперь, достав из сумочки длинный свиток, водила по нему карандашом. — Посуда: бокалы, десертные тарелки, приборы…
— Жень, — перебила я подругу на полуслове, стягивая перчатки и развязывая бант на накидке, — я не пойму никак, зачем посуда-то новая? Я как-то не замечала у Варда в доме проблем с посудой. И бокалов там уйма, и тарелок, и вилки наверняка найдутся в нужном количестве.
