Избранное полностью

С о к р а т. Про пятнадцатую я уже молчу, Мина Минович… Пятнадцатая, можно сказать, у меня осталась…

М и н а  М и н о в и ч (бьет кулаком по столу, кричит). Иди отсюда, провокатор! Двурушник! Волчина позорный!

С о к р а т  в страхе выбегает. Разъяренный Мина Минович мечется по кабинету. Затем подбегает к магнитофону и пытается включить его, но аппарат молчит. Сев за стол, он принимает позу, чтобы «сосредоточиться». Пальцы на черепе лихорадочно отбивают дробь. Голос срывается.

Я совершенно спокоен!!! Я совершенно равнодушен! И какого хрена мне волноваться?! Все хорошо!.. Все отлично!.. Прекрасно все, черт бы тебя подрал, идиот ты этакий!.. (Тихо, с угрозой.) Моя правая рука тяжелеет!..

Толкая друг друга, в кабинет буквально врываются взволнованные  а п о с т о л ы  и  С о ц и о л о г.

М а р ь я  И в а н о в н а. Мы потрясены!

М а р ь я  П е т р о в н а. Мина Минович, я не имею слов!

И в а н  С е р г е е в и ч. Это же надо!

И в а н  В а с и л ь е в и ч. Вообще-то, да! Ни дать ни взять!

С о ц и о л о г. Такое услышишь не часто!

М и н а  М и н о в и ч. А что, собственно, случилось?

М а р ь я  И в а н о в н а. Мина Минович, мы вас давно знаем и не надо лишней скромности. Для руководителя вашего ранга она вредна!

М а р ь я  П е т р о в н а. Мина Минович, дорогой…

М а р ь я  И в а н о в н а. Во-первых, разрешите поздравить…

И в а н  С е р г е е в и ч. От всей души, так сказать, присоединяемся.

С о ц и о л о г. Я давно не вел таких передач. Чудесно! Превосходно! Неповторимо! И не случайно после ваших выступлений нас заваливают письмами.

М и н а  М и н о в и ч. Вот оно что, оказывается…

И в а н  А ф а н а с ь е в и ч. Жаль, что только по местной программе. С такими выступлениями надо через спутник выходить, чтобы на всю страну! По Интервидению, как футбол, чтобы…

И в а н  С е р г е е в и ч. В глобальном, так сказать, масштабе…

С о ц и о л о г. Дайте срок…

М и н а  М и н о в и ч. Анютка, позови Сократа, пусть послушает, как подхалимы его шефа хвалят.

А н ю т к а  выходит и возвращается с  С о к р а т о м.

С о ц и о л о г. Не будем излишне скромными, Мина Минович, — железно сделано, что и говорить!

М и н а  М и н о в и ч (Сократу). Вот так, мой дорогой! Будем считать, что глас народа — глас божий.

Сократ ничего не понимает.

М а р ь я  И в а н о в н а. Мы всей семьей смотрели.

И в а н  А ф а н а с ь е в и ч. Такие выступления и ведут, и мобилизуют, и за душу хватают.

М а р ь я  П е т р о в н а. Особенно этот рефрен в конце: дважды одни и те же слова, дважды одни и те же мысли на возрастающем пафосе!..

С о ц и о л о г. Прекрасный ораторский прием! Его использовали еще в Древнем Риме. А в те времена умели поговорить не хуже нашего.

Мина Минович переглядывается с Сократом.

Если учесть, что хоккей был дохлый, а к одиннадцатой серии и так все было ясно, и умножить время выступления на количество населения, то эффект будет потрясающим.

И в а н  С е р г е е в и ч (в восторге). Это же надо было найти такие свежие и емкие слова! (Цитирует.) «Пусть земля горит под пьяными ногами!» От таких слов кажется — самому пятки смолит.

М и н а  М и н о в и ч. Не перестанешь пить в одиночку, когда-нибудь и на самом деле завертишься на этом ковре, как на сковороде.

Всем нравится шутка шефа.

И в а н  С е р г е е в и ч. Все, Мина Минович! Со вчерашнего дня, так сказать, — все!..

Иван Сергеевич говорит это так серьезно и уверенно, что присутствующие взрываются хохотом.

На пороге появляется  И в а н  М и х а й л о в и ч.

И в а н  М и х а й л о в и ч. Здравия желаю, Мина Минович! Приветствую вас, товарищи, и поздравляю! У меня такие новости, что от одной душа играет, а от другой в глазах темно.

М и н а  М и н о в и ч. Что же она у тебя впотьмах на ощупь играет?

И в а н  М и х а й л о в и ч. Поздравляю, товарищи! Кроме шуток, всех, особенно вас, дорогой Мина Минович. Поздравляю с исторической победой и небывалым знаменательным фактом! (Всем пожимает руки.) Со вчерашнего дня, можете себе представить, город не пьет!

М и н а  М и н о в и ч. Ты очки втирай, да меру не теряй!

И в а н  М и х а й л о в и ч. Мина Минович, дорогой, клянусь честью апостола порядка и спокойствия, как вы совершенно справедливо меня называете, заявляю официально, со всей ответственностью: город трезвый!

М и н а  М и н о в и ч. Как это — трезвый?