М а р ь я С и д о р о в н а. И этот запах, и эта массовая трезвость!..
И в а н В а с и л ь е в и ч. Вообще-то, я, как контроль…
И в а н Н и к о л а е в и ч. При чем тут контроль?
И в а н Д а н и л о в и ч. Ладно, пускай выговорится, а то будет тыркаться всю дорогу.
И в а н В а с и л ь е в и ч. Между прочим, если бы контроль не тыркался, то, вообще-то, было бы еще хуже. И не контроль, а горплан в народе называют нашей основной разрушительной силой. Нас завалили жалобами — в городе вышла из строя чуть не вся канализация и можно ожидать специфического запаха, только иного характера.
М и н а М и н о в и ч. А при чем здесь канализация!
И в а н В а с и л ь е в и ч. А при том, что раньше народ переупоили, вот его теперь и воротит… от работы. В прошлом сантехник в основном работал за бутылку, теперь она его больше не интересует и не волнует. Я спрашиваю, что завтра будет с городом, если не заинтересовать сантехника? У меня, вообще-то, все.
А н ю т к а
М и н а М и н о в и ч. Мы здесь ночевали. Подай чай, а ты, Сократ, присаживайся, послушаем, что у кого запрудило.
С о к р а т. Я не совсем понимаю…
М и н а М и н о в и ч. Он — «не совсем»!.. Я — «совсем», и то ничего…
И в а н Н и к о л а е в и ч. У нас в общепите и торговле не то, что запрудило, у нас хуже! Массовое увольнение официантов, подсобников, продавцов и грузчиков в гастрономах и ресторанах. Если, говорят, не поить и не обсчитывать клиента, то какой резон работать в сфере торговли и общественного питания.
М а р ь я С и д о р о в н а. Такое же положение с обслуживающим персоналом в мясо-молочной промышленности. Все те, кто раньше что-то тянули, чтобы пропить, теперь увольняются.
И в а н Д а н и л о в и ч. Армия не пьющих безработных растет с каждым днем. Может, и хорошо, что бывшие алкаши не пьют, но они же и не работают!
И в а н Н и к о л а е в и ч. Они приобрели нюх, но потеряли стимул. А без стимула какая работа?
И в а н В а с и л ь е в и ч. И в то же самое время граждане сами тянут личные гарнитуры и другие тяжести быта на седьмые этажи и выше. В лапу некому дать, потому что никто не хочет брать. Словом, ренессанс, как здесь кто-то сказал.
М а р ь я С и д о р о в н а. Самое ужасное, что все бывшие «синюшники», кроме воровать, вымогать и пить, ничего другого делать не умеют.
М и н а М и н о в и ч
И в а н Н и к о л а е в и ч. Мина Минович, их тысячи!
М и н а М и н о в и ч. Научим тысячи! Миллионы научим, если надо будет!
И в а н Д а н и л о в и ч. При всем моем, Мина Минович, я не хочу драматизировать обстановку, со всей ответственностью должен заявить, что она трагическая, и я боюсь рисовать вам перспективу. Мы можем планировать, как кому хочется, что кому хочется, и как скажут сверху, но нам никто не поручал планировать хаос! Наши сегодняшние планы не соответствуют тому, что случилось в миллионном городе!
М и н а М и н о в и ч. Значит, надо менять планы!
И в а н Д а н и л о в и ч. Мина Минович, при всем моем к вам, план — это закон!
М и н а М и н о в и ч. Тогда, при всем моем к вам, надо менять закон!
И в а н Д а н и л о в и ч. А вот этого не надо. Сколько себя помню, мы пропагандируем трезвость и ведем борьбу с пьянством, хорошо зная, что производство и реализация вина и водки из года в год увеличиваются.
М и н а М и н о в и ч. Допустим…
И в а н Д а н и л о в и ч. И при всем моем, не мне вам говорить, что после каждого очередного призыва к борьбе с этим делом, мы отделывались «откликами» и «заверениями». «Откликнемся» еще раз…
М и н а М и н о в и ч. Теперь этому, кажется, пришел конец!
И в а н Д а н и л о в и ч. Можно подумать, что вы не знаете, сколько еще позавчера приходилось спиртного на каждую душу и сколько ведомство Марьи Сидоровны получало от этих душ наличными.
М и н а М и н о в и ч. Отныне ее ведомство будет продавать душам то, что им нужно, а не вонючую отраву. И это не пожелание. Это директива!
М а р ь я С и д о р о в н а. Так своего же не берут, а импортного на всех не хватает!
С о к р а т. Браво! Браво апостолу финансов!
И в а н Д а н и л о в и ч. Не надо. Хоть вы и Сократ, но, знаете, лучше не надо! Мы деловые люди! Мы проели на этом зубы! И при всем моем к вам, Мина Минович, скажу — у нас один вопрос, как гвоздь в мозгу: пронесет или не пронесет?..
С о к р а т. Браво апостолу планирования! Но на этот раз, боюсь, не пронесет.
И в а н Д а н и л о в и ч. Погодите кричать «браво», я еще не сказал свой монолог… Если к прежнему товарообороту возврата нет, мы погибли. Полстраны работает на винные цеха. «Бормотуха» стала поистине народным напитком. Мы двадцать лет держались на крыльях сверхприбыли от «червивок» всех сортов и оттенков. Снятие с производства плодово-выгодной затянет нас в пучину нищеты, в черный омут недовыпивания, то есть хронического недовыполнения!
