Страх длительный, мучительнейший срок,когда я средь предметов затхлых в школебыл одинок — о время странной боли,но и потом на улице, на воле,там, где фонтаны тяжесть побороли,в саду, где брезжит мир больших дорог,я в платьице, как девочка, — предлогдля зависти к другим в случайной роли;о как я, привыкая к странной боли,был одинок!Ловя вдали обрывки мнимой сути,я всматривался в толчею распутий,в мужчин и в женщин, в женщин и в мужчин,среди детей, среди собак один,среди домов и повседневной мути,тревога, бредни с приступами жути,о глубина глубин!Мяч, обруч... Игры в замкнутом движенье,в саду, где блеклый лист вот-вот вспорхнет;гоняться друг за другом в окруженьеугрюмых взрослых; кто со мной шагнетв глубь вечера и, вызвав напряженьевсех чувств моих, домой меня вернет?О ускользающее постиженье,о страх, о гнет!А серый пруд, где парус шхуны мнимойсопутствовал игрушечной страде,но настоящим парусом гонимовоспоминанье при чужой звезде,а маленькое все еще хранимолицо, быть может, в сумрачной воде;со всею жизнью, детство, ты сравнимо,но где ты, где?(Перевод В. Микушевича)<p>Из детства</p>Роскошествовал сумрак в доме,забившись в угол, мальчик не дышал;когда мать в комнату вошла, как в дрёме,стакан в посуднике задребезжал.И, выданная комнатой, онапоцеловала мальчика: Ты здесь? —И на рояль взглянули и, как весть,обоим песня вспомнилась одна,что мальчика томила и влекла.Он ждал; глаза тянулись из углак рукам, что от колец отяжелели,и, как бредут наперерез метели,она по белым клавишам брела.(Перевод В. Летучего)<p>Мальчик</p>О, быть бы мне таким же, как они!Их кони мчат, безумны и строптивы,и на ветру вздымаются, как гривы,простоволосых факелов огни.Я первым был бы, словно вождь в ладье,как знамя, необъятен и весом,весь черный, но в забрале золотом,мерцающем тревожно. А за мнойдесяток порожденных той же тьмой.И так же беспокойно блещут шлемы,почти прозрачны, замкнуты и немы.А рядом — вестник с громкою трубою,которая блистает, и поет,и в черное безмолвие зовет,и мы несемся бурною мечтою;дома за нами пали на колени;предчувствуя со страхом нашу мощь,проулки гнутся, зыбясь, точно тени,и кони хлещут землю, словно дождь.(Перевод А. Сергеева)<p>Первое причастие</p>
