IВсё тот же ангел, строгий и большой,Ей возвестивший Рождество Христово,привлек Ее вниманье: ты готоваЕму явиться телом и душой?И содрогнулась перед Тем, Кто прав,Она, тиха, как прежде, и покорна;сияющий, чья близость чудотворна,в чертах Ее как бы исчез, призвавтех, кто разносит веру по вселенной,вернуться на знакомый горный склон,в дом вечери; походкою смиреннойони вошли, спеша со всех сторон;загадочный предчувствовала сонна узком ложе, словно в колыбели,избранница, внимавшая, как пелиархангелы небесный свой канон.Она узнала всех, кто теплит свечи,при ангелах не смея говорить,успела при последней этой встречесвои два платья сестрам подарить,то к тем глаза подъемля, то к другим(источник слез, бегущих с новой силой)и в слабости своей перед могилойвдруг низвела на Иерусалимвсе небо, и напрячься лишь чуть-чутьдуше пришлось, пока Ее не встретилТот, Кто знал всю Ее, могуч и светел,чтоб вознести в Божественную суть.IIКто мог бы знать, как долго уповалона завершенье в небе бытиеи рядом с Воскрешенным пустовалобез года четверть века для Нееоставленное место, и онипривыкли к неопознанной святыне,Ее величье созерцая в Сыне,чей свет и в Ней сияет искони.Когда Она вошла в небесный свет,то потянулась вся к Нему невольно,но нестерпимый луч Ей сделал больно:казалось, рядом с Ним Ей места нет.Тогда Она приблизилась к другими в сонм блаженных, робкая, вступила,как будто не Она их искупила,но взорвалась Она сама такимсияньем, что соседей ослепила,и ангелы спросили: Кто она?И Тот, Чья ипостась им не видна,изволил Бога-Сына Бог-Отецостановить, и трепетный венецнад пустотой забрезжил нежно вдруг,заоблачный след одиноких мук,пусть временных, но и для Бога стольболезненных, что не проходит боль. —Смятения от взоров не тая,склонясь, Она сказать хотела: яесмь боль Его, но, истомясь вдали,к нему рванулась. Ангелы стремглавслетелись к Ней, запели, поддержавЕе восторг — и к Сыну вознесли.IIIА Фома-апостол опоздал,хоть спешил он к ней что было силы,но Фому проворный ангел ждали промолвил: «Камень сдвинь с могилы,чтобы опровергнуть суесловье;знай: Она положена былачистою лавандой в изголовьечеловеку, чья душа цела,чтобы впредь пристанище земноеЕю пахло, словно полотно.Смертное (ты слышишь) и больноеЕю навсегда напоено.Видишь, здесь Она лежала в белом.Из виду не упусти холста,выбеленного пречистым телом,ибо Светоносная чиста.Содрогнулась под Ее стопойнебо, но когда Она вставала,то почти не смяла покрывала;преклони колени, глянь и пой!»<p>Дуинские элегии</p><p>(1922)</p><p>(Перевод В. Микушевича)</p>
