Как по товарищу недавней нищеты Друзья терзаются живые,Так плачу я о вас, заветные листы, Воспоминанья дорогие!..Бывало, утомясь страдать и проклинать, Томим бесцельною тревогой,Я с напряжением прочитывал опять Убогих тайн запас убогий.В одних я уловлял участья краткий миг, В других какой-то смех притворный,И всё благословлял, и всё в мечтах моих Хранил я долго и упорно.Но больше всех одно мне памятно… Оно Кругом исписано всё было,Наместо подписи – чернильное пятно, Как бы стыдяся, имя скрыло;Так много было в нем раскаянья и слез, Так мало слов и фразы шумной,Что, помню, я и сам тоски не перенес И зарыдал над ним, безумный.Кому же нужно ты, нескладное письмо, Зачем другой тобой владеет?Кто разберет в тебе страдания клеймо И оценить тебя сумеет?Хозяин новый твой не скажет ли, шутя, Что чувства в авторе глубоки,Иль просто осмеет, как глупое дитя, Твои оплаканные строки?..Найду ли я тебя? Как знать! Пройдут года, Тебя вернет мне добрый гений…Но как мы встретимся?.. Что буду я тогда, Затерянный в глуши сомнений?Быть может, как рука, писавшая тебя, Ты станешь чуждо мне с годами,А может быть, опять, страдая и любя, Я оболью тебя слезами!..Бог весть! Но та рука еще живет, – на ней, Когда-то теплой и любимой,Всей страсти, всей тоски, всей муки прежних дней Хранится след неизгладимый.А ты?.. Твой след пропал… Один в тиши ночной С пустой шкатулкою сижу я,Сгоревшая свеча дрожит передо мной, И сердце замерло, тоскуя.25 января 1858<p>Е. А. Хвостовой</p>ЭкспромтДобры к поэтам молодым,Вы каждым опытом моимВелели мне делиться с вами,Но я боюсь… Иной поэт,Чудесным пламенем согрет,Вас пел могучими стихами.Вы были молоды тогда,Для вдохновенного трудаЕму любовь была награда.Вы отцвели – поэт угас,Но он поклялся помнить васИ в небесах, и в муках ада.Я верю клятве роковой,Я вам дрожащею рукойПишу свои стихотвореньяИ, как несмелый ученик,У вас хотя б на этот мигПрошу его благословенья.1 февраля 1858<p>Мое оправдание</p>Не осуждай меня холодной думой,Не говори, что только тот страдал.Кто в нищете влачил свой век угрюмый,Кто жизни яд до капли выпивал.А тот, кого едва не с колыбелиТяжелое сомнение гнетет,Кто пред собой не видит ясной целиИ день за днем безрадостно живет;Кто навсегда утратил веру в счастье,Томясь, молил отрады у людейИ не нашел желанного участья,И потерял изменчивых друзей;Чей скорбный стон, стесненный горький шепотВ тиши ночей мучительно звучал…Ужели в том таиться должен ропот?Ужели тот, о Боже! не страдал!12 марта 1858<p>В вагоне</p>
