— Что родители увидят вас и… в общем… запретят мне учиться дальше в Хогвартсе, — совсем сникла я. — Сперва их Хагрид напугал, а у вас, простите пожалуйста, очень зловещий вид. А мама много смотрит телевизор, решила бы, что тут секта или еще что похуже… А папа полицейский, он мог за оружие схватиться! Вот как с Хагридом было… Только вы бы папу прокляли или еще что похуже, потому я и испугалась.
— Ничего, мисс Оук, — уже более доброжелательно ответил Снейп. — Это бывает. Кстати, как ваши отношения с однокурсниками?
— По-прежнему, сэр, — честно ответила я. — Гм… Я просто хотела сказать, что если вам все еще интересно познакомиться с моими родителями, то они не против. Папа так и сказал: в любое разумное время. То есть его самого может дома не оказаться, дежурство или там срочный вызов, но мама обычно на месте, а если отошла, так ненадолго, в магазин. И лучше аппарировать прямо в гостиную, а то на улице пялиться будут, вот, а папа лишнего внимания к нашему дому не выносит…
— И откуда же мне знать, где расположена ваша гостиная? — иронически спросил профессор.
— Так вы у Хагрида спросите, сэр, — с деланным простодушием сказала я. — Он ведь у нас был. А я просто не знаю, как такое объяснять.
— Логично… Ну что ж, благодарю, мисс Оук, я постараюсь нанести визит в ближайшее время.
— Хорошо, сэр, — кивнула я и убежала на следующее занятие…
Судя по всему, Уизли был надежно блокирован в лазарете; не знаю, какую пакость ему подсунули, но, судя по тому, что Малфой шептался с Ноттом, это должна была быть убойной силы вещь: Тео был очень умным для своих лет парнем, и, если честно, нравился мне куда больше, чем Драко. Ну не люблю я блондинов!
Поттер загрустил окончательно, бросил делать домашние задания, и даже у обожавшей его МакГонаггал умудрился словить пару отработок, что уж говорить о Снейпе! У того он с отработок просто не вылезал!
Малфой с Ноттом с нетерпением ждали отмашки, а я почему-то колебалась. Чудилось мне что-то неправильное во всем этом… Нет, отвлечь Грейнджер и ненадолго избавиться от Уизли — это ерунда, а вот доводить до ручки мальчишку, которому и так-то плохо живется — уже не дело.
Не знаю, до чего бы я додумалась (с папой-то не посоветуешься, писать о таких вещах я опасалась), но тут вдруг случилось нечто невероятное: у нас отменили аж два урока зельеварения подряд. Ну, в смысле, они и так сдвоенные, но когда их нет ни сегодня, ни через два дня, это уже настораживает. И к столу наш декан не выходил. И отработки отменил. Драко в ответ на мой вопрос почесал в затылке и сказал, что иногда… ну так… изредка Снейп куда-то исчезает, дела, видимо. Судя по тому, как у него забегали глаза, об этих самых делах он знал куда больше, чем хотел или мог рассказать, ну да я не стала устраивать допрос, само все прояснится рано или поздно…
Как выяснилось, правильно сделала: буквально на следующий день профессор вызвал меня в свой кабинет.
— Присаживайтесь, мисс Оук, — сказал он, расхаживая взад-вперед. Выглядел наш декан, если честно, просто ужасно. Он и так-то не красавец (мой папа по сравнению с ним просто мистер Вселенная!), а теперь… похоже было, что Снейп не спал несколько ночей. — У меня есть к вам несколько вопросов.
— Как скажете, сэр, — покорно ответила я и опустилась на краешек стула. — Что вы хотели узнать?
— Мисс Оук… повторите, пожалуйста, как звали вашу мачеху в девичестве?
Ого! Да он, похоже, все-таки наведался к нам домой!
— Ли-Энн Дуглас, сэр… если верить ее словам, — ответила я.
— А если не верить? — отрывисто спросил он, впившись в меня взглядом.
— Это очень длинная история, сэр.
— Я никуда не тороплюсь, — сказал он, совсем как мой папа. — И… если у вас не сделаны домашние задания, я вас от них освобождаю, как ваш декан.
— Спасибо, сэр, — с достоинством ответила я, — у меня почти все готово. А что не готово, я у Малфоя спишу, он мне должен за цербера…
— Что?! — Снейп подскочил, накапал себе какой-то настойки, выпил и сел на прежнее место. — Кажется, мисс Оук, это будет
Я только улыбнулась: что Драко ничего не сделают, и так понятно, а мне хотелось выяснить, зачем была устроена эта полоса препятствий. Напрямую не спросишь, пришлось хитрить…
— Да, сэр. С чего начинать, с цербера или с моей семьи?
— С цербера. Это безопаснее, — мрачно произнес он, и я коротко рассказала о нашем приключении. — Ну надо же… А что вы видели в зеркале, если не секрет?
— Мальчишки отказались говорить, там было что-то личное, — ответила я почти правду. — А я там отражалась патрульной полицейской. Вранье, я в убойный отдел хочу, как папа!
— А кто зеркало разбил?
— Как разбил?! — вполне натурально удивилась я. — Когда мы уходили, оно целенькое было! Честное слово, сэр, мы его даже пальцем не коснулись!
И это была чистая правда: руками мы его и впрямь не трогали, только я вот камнем запустила.
— Ничего не понимаю… — сказал профессор устало. — Но вы и люк закрыли, и цербера обратно на цепь посадили?
