Супруги немного поговорили о Заннубе, потом отец Саннии посмотрел на дочь и, увидев, что та лежит с закрытыми глазами, осторожно взял ее за руку и сосчитал пульс. Он шепотом велел жене перенести девушку на кровать, чтобы она отдохнула. Здоровье у нее превосходное, нужен только душевный и телесный покой. И доктор Хильми разорвал письмо на мелкие клочки, призывая гнев Аллаха на злую Заннубу, из-за которой все это произошло.
О, горе! Прошла неделя, а девушка ни разу не появилась у окна. Что же с ней случилось? Заболела она или испугалась и решила больше не показываться после этой проклятой улыбки?
Так размышлял, сидя в кофейне, отчаявшийся Мустафа после недели бесплодного ожидания и наблюдений. Но Санния все это время не подходила к окну не потому, что заболела или испугалась. Гнев отца и сцена, которую он устроил из-за анонимного письма, произвели на девушку тяжелое впечатление. Ей не хотелось огорчать старика.
И все это из-за одной мужской улыбки!
Санния много думала о том, что произошло: ведь с этим юношей ее ничего не связывает. Она не знает, какое у него сердце, какой характер, не знает даже, кто он, чем занимается, как его зовут. Он для нее совсем чужой. Зачем же подвергаться из-за него таким неприятностям? Что он для нее сделал? Только улыбнулся. Разве порядочная девушка станет о нем думать?
Санния чувствовала, что она уже не прежняя легкомысленная девушка, готовая пошутить и посмеяться с любым мужчиной, не девочка, удивленно прислушивающаяся к своему проснувшемуся сердцу. Эта пора миновала для нее навсегда. Смутная тревога, волновавшая ее прежде, сменилась уверенностью женщины в своей жизненной цели. Она сердцем поняла, в чем назначение женщины и смысл ее жизни.
Санния получила современное образование. Чтение книг помогло ее умственному развитию, привило ей некоторые идеи и взгляды, но одно чтение, без опыта и непосредственного восприятия действительности, еще не формирует убеждений. Санния много читала о женской чести и достоинстве, но смысл этих слов стал ей понятен только сейчас. Сердце нашептывало ей истину: честь женщины не в том, чтобы никогда и никого не любить, а в том, чтобы настоящей любовью полюбить достойного человека с чистым сердцем и возвышенной душой.
Но обладает ли этот юноша чистым сердцем и возвышенной душой?
Эти сомнения и заставляли ее прятаться от человека, в котором она не была уверена, о котором ничего не знала, кроме того, что он красив и улыбнулся ей.
Санния перестала подходить к окну и проводила большую часть дня одна в своей комнате, думая о нем и страдая. Слезы облегчали ее печаль и были единственным ее утешением. Она плакала, потому что не находила ответа на мучившие ее вопросы. Она не хотела показываться юноше и прибегать к прежним глупым уловкам и приемам. То, что она переживала, делало ее выше этого. Она считала, что ее женская гордость и честь требуют от нее лишь одного: слез и уединения.
В третий раз поклялся Мустафа, что никогда больше не придет в эту кофейню, если сегодня не увидит девушку. Начинается новая неделя, но сдержит ли он клятву или снова нарушит ее и опять появится в кофейне? Да, теперь Мустафа вел счет уже не на часы или дни, а на целый недели, но сегодня он окончательно решил, что это в последний раз. Больше не должно быть колебаний, слабости, сомнений. Он долго все обдумывал и понял, что его мечта — ребячество и все его надежды — мираж. Что, собственно, произошло? Разве то, что он увидел у окна девушку, которая, кстати сказать, сейчас же его захлопнула, такое важное событие, что на него стоит тратить столько времени и размышлений? Кто она? Что его с ней связывает? Ничего! Он даже не знает ее имени. К тому же ее отношение к нему вполне ясно: она не обращает на него никакого внимания и считает просто одним из нахалов, посещающих эту скверную кофейню. Если бы она подала ему хоть малейший знак, как-нибудь намекнула, что заметила его существование, он принял бы это за обещание и даже за договор. Чем же ему успокоить свое встревоженное сердце? Когда окно захлопнулось, порвалась единственная тоненькая ниточка, связывавшая их. Почему же он все-таки мечтает о ней? Кто знает, может быть, при всей своей красоте, она одна из тех глупых, ветреных женщин, которым недоступны глубокие чувства? Откуда ему известно, что у нее вообще есть сердце, что она может понять его, понять то, что с ним происходит.
