Забудут? – вот чем удивили!Меня забывали сто раз,Сто раз я лежала в могиле,Где, может быть, я и сейчас.А Муза и глохла и слепла,В земле истлевала зерном,Чтоб после, как Феникс из пепла,В эфире восстать голубом.1957<p>ВТОРАЯ ГОДОВЩИНА</p>Нет, я не выплакала их.Они внутри скипелись сами.И все проходит пред глазамиДавно без них, всегда без них.Без них меня томит и душитОбиды и разлуки боль.Проникла в кровь – трезвит и сушитИх всесжигающая соль.Но мнится мне: в сорок четвертом,И не в июня ль первый день,Как на шелку возникла стертомТвоя страдальческая тень.Еще на всем печать лежалаВеликих бед, недавних гроз, –И я свой город увидалаСквозь радугу последних слез.1946<p>ЧЕРЕПКИ</p>
You cannot leave your mother an orphan.
Joyce[9]<p>1</p>Мне, лишенной огня и воды,Разлученной с единственным сыном…На позорном помосте бедыКак под тронным стою балдахином…<p>2</p>Вот и доспорился, яростный спорщик,До енисейских равнин…Вам он бродяга, шуан, заговорщик,Мне он – единственный сын.<p>3</p>Семь тысяч три километра…Не услышишь, как мать зовет,В грозном вое полярного ветра,В тесноте обступивших невзгод,Там дичаешь, звереешь – ты милый,Ты последний и первый, ты – наш.Над моей ленинградской могилойРавнодушная бродит весна.<p>4</p>Кому и когда говорила,Зачем от людей не таю,Что каторга сына сгноила,Что Музу засекли мою.Я всех на земле виноватей,Кто был и кто будет, кто есть,И мне в сумасшедшей палатеВаляться – великая честь.Вы меня, как убитого зверя,На кровавый подымете крюк,Чтоб, хихикая и не веря,Иноземцы бродили вокругИ писали в почтенных газетах,Что мой дар несравненный угас,Что была я поэтом в поэтах,Но мой пробил тринадцатый час.1949<p>«Особенных претензий не имею…»</p>Особенных претензий не имеюЯ к этому сиятельному дому,Но так случилось, что почти всю жизньЯ прожила под знаменитой кровлейФонтанного дворца… Я нищейВ него вошла и нищей выхожу…1952<p>СОН</p>
Сладко ль видеть
неземные сны?
А.БлокБыл вещим этот сон или не вещим…Марс воссиял среди небесных звезд,Он алым стал, искрящимся, зловещим, –А мне в ту ночь приснился твой приезд.Он был во всем… И в баховской Чаконе.И в розах, что напрасно расцвели,И в деревенском колокольном звонеНад чернотой распаханной земли.И в осени, что подошла вплотнуюИ вдруг, раздумав, спряталась опять.О август мой, как мог ты весть такуюМне в годовщину страшную отдать!Чем отплачу за царственный подарок?Куда идти и с кем торжествовать?И вот пишу, как прежде, без помарок,Мои стихи в сожженную тетрадь.1956<p>«Не повторяй – душа твоя богата…»</p>
