Избранное полностью

1-й вельможа

(ворчит)

Ужо нам будет!

Голицын

Есть еще дела?

1-й вельможа

Те — завтра разберем. Не к спеху, чай.

И так весь день конзилии одни.

Голицын

Добро.

Остерман

До завтра.

Члены Совета встают. Направляются к выходу.

Голицын и 1-й вельможа.

1-й вельможа

Будет нам ужо!

Голицын

Граф, ты ведь адмирал?

1-й вельможа

Я? Адмирал.

Голицын

Так вот, представь корабль средь океана.

Корабль плывет назначенным путем,

А кормчий бражничает… или хвор.

А между тем корабль себе плывет,

Обходит мели, огибает скалы,

Минует бури — ищет верный путь…

И все без кормчего… Так ты скажи:

Быть может, кормчий — вовсе и не кормчий?

1-й вельможа

По-нашему, морскому, кормчий тот,

Кто нас с тобой на рее может вздернуть,

Как выздоровеет… Я поеду, князь.

2-й вельможа

Обедать надо.

1-й и 2-й вельможи уходят.

Голицын

Погоди, барон

Андрей Иваныч.

Остерман

Слушаю, Димитрий

Михайлович.

Голицын

Когда секретари

Разъедутся, сойдемся здесь с тобой.

Поговорим.

Остерман

Давай поговорим…

Выходят оба.

1-й секретарь

Голицын князь…

2-й секретарь

Ага!

1-й секретарь

Апраксин-граф…

2-й секретарь

Угу!

1-й секретарь

Светлейший им…

2-й секретарь

Ого!

Входят Иван Долгоруков и Сапега. Оба под градусом.

Долгоруков

Здорово!

Секретари кланяются.

Барон Андрей Иваныч здесь?

1-й секретарь

Прошли-с.

В коллегию.

Долгоруков

Добро. Мы подождем.

Секретари уходят.

Сапега

Куда ты приволок меня? Мы где?

Долгоруков

Дурак! Мы в зале Тайного Совета…

Сапега

Я думал, мы в лесу… Ау! Ау!

Долгоруков

Молчи! Здесь надо тихо!

Сапега

А зачем

Мы здесь?

Долгоруков

Андрей Иваныч приказал

Явиться мне. Наверно, будет взбучка.

Сапега

И мне?

Долгоруков

Тебе не будет. Но с тобой

И мне, авось, достанется поменьше.

Сапега

Ну, я пошел.

Долгоруков

Товарища — в беде?

Сапега

Какой ты мне. товарищ… Я пошел.

Долгоруков

Постой!

Сапега

Пусти.

Долгоруков

Постой, чего скажу…

Мне государь сказал: вот подрасту,

Тогда тебя… меня… на место князя

Поставлю… Он меня на место князя…

А я тогда тебя… Да погоди!..

Сапега

Не погожу. Мне скучно…

Долгоруков

Стой, Сапега,

Давай с тобою биться об заклад.

Сапега

Давай.

Долгоруков

Ты ставишь перстень.

Сапега

Ну? А ты?

Долгоруков

Бочонок гданьской водки.

Сапега

По рукам!

А спор об чем?..

Долгоруков

Когда меня барон

Начнет корить, ты, спрятавшись под стол,

Оттуда трижды крикнешь петухом.

Сапега

И что?

Долгоруков

Ну он начнет ругать тебя,

А про меня забудет…

Сапега

Так и быть.

(Лезет под стол.)

Долгоруков

Сидишь?

Сапега

Сижу.

Долгоруков

Но только чур не спать!

Не то зарю проспишь — ведь ты петух…

Входят Остерман и Голицын.

Цыц! Не шуми!..

Остерман

Ты с кем-то говорил?

Долгоруков

Нет, сам с собой…

Остерман

Иван, Иван! Опять

Ведь ты же много старше государя

И состоишь при нем, и посему

Ты должен подавать ему пример.

Долгоруков

Я подаю…

Остерман

Едва ли не дурной.

Ты погоди меня в соседней зале.

Я скоро выйду.

Иван Долгоруков выходит.

Голицын

Парит. Быть дождю.

В такую бы жару медовой бражки.

Остерман

Или пивка.

Голицын

Недурно и кваску…

Так как же будет с ключиком, барон?

Остерман

С которым ключиком — от табакерки?

Голицын

Нет, от Левиафана… Я, барон,

С тобой решился прямо говорить —

Не о делах, хотя они в развале.

Здесь все мы трусы. Вовсе о другом…

И ты меня не выдашь. Если выдашь —

Я отрекусь. Свидетелей-то нет…

Остерман

Я не доносчик. Это мне без пользы.

Голицын

Так речь, барон, идет о нашей шкуре.

Болезнь светлейшего нам передышка.

А он, едва оправится — смекнет,

Что государство без него стоит,

Что он не ключик вовсе, не пружина.

Тогда и он начнет рубить сплеча

И первых нас с тобой под корень срубит…

Я думаю, что надобно в Совете

Его валить. Но с толком и умом.

Их надо научить, чтоб не боялись.

Остерман

Весьма оплошно… Пять преображенцев,

И от Совета щепок не найдешь.

Голицын

Но в гвардии немало недовольства

Против светлейшего… Искру пустить…

Остерман

Опасно. Гвардия — опасный зверь,

Коль дать ему разок сырого мяса,

Он всех нас после слопает живьем.

Голицын

Но сам-то ты как мыслишь? Говори!

Остерман

Его величеству пора узнать,

Кто суть губители его отца…

Голицын

Я понял… Рассказать ему всю правду!

Остерман

Нет, князь, не всю… Гиштория, пока

Не отлилася в бронзу,— мягкий воск.

И надобно лепить ее со смыслом.

А есть ли смысл, чтобы великий Петр,

Сей монумент победной нашей славы,

Был обвинен в сыноубийстве? А?

Царевич Алексей загублен был

Злодеями, стоявшими у трона…

И сын несчастного не может стать

Убийцы зятем!

Голицын

Правда.