С тех пор, как в чашу смерти Иисус,Незваных ради, привлеченных шумом,Бессмертье положил своей души,Уж миновало много сотен лет.Сегодня он спустился ненадолгоИз вечного жилища в бренный мирИ увидал порок, что ранил прежде:Надменный дротик и кинжал лукавый,Свирепая изогнутая сабля.Сегодня быстро лезвия их точатОб камень, прочь отбрасывая искры,На фабриках огромных, полных дыма.А самая ужасная стрелаВ руках убийц недавно засверкала,И жрец на ней свое поставил имя —Ногтями на железе нацарапал.Тогда Христос прижал к груди ладони.Он понял: нет конца мгновеньям смерти,Кует наука много новых копий,Они ему вонзаются в суставы,И люди, что тогда его убили,Безмолвно притаясь во мраке храма,Сегодня вновь во множестве родились.С амвона слышен голос их молитвы,И так они бойцов-убийц сзывают,Крича им: «Убивайте! Убивайте!»Сын человеческий воскликнул в небо:«О боже правый! Бог людей, скажи мне,Почто, почто оставил ты меня?»* * *В тот древний, исступленный век,Когда творец хулил свое твореньеИ созданное рушил,В тот день, когда утратил он терпенье,Своею дланью грозный ОкеанТебя отторг, о Африка, от грудиЗемли восточной.Густого леса бдительная стражаТвою темницу стерегла.Ты на досуге одинокомКопила тайны чащ непроходимых,Читала письмена воды, земли и неба,—И волшебство природыВ душе незрячей мантру пробудило.Ты, заслонив лицо уродливой личиной,Над ужасом смеяласьИ, страх стремясь преодолеть,Ожесточала дух величественным бредом,Обрядом-пляской разрушеньяПод барабанный гром.Тенистая! За черным покрываломНе видел человеческого ликаПрезренья мутный взор.С колодками, с цепями ворвалисьЛовцы людей, чьи когти крепче волчьих,Чье низкое высокомерье глушеТвоих для солнца недоступных джунглей.В наряде городском белесый варвар,Как зверь, бесстыдно алчность обнажил.Плыл по тропам лесным беззвучный голос горя,Пыль впитывала кровь твою и слезы.Навеки мерзкой грязи комьяИз-под сапог бандитских — оскорбленьемЗапечатлели летопись твою.А за морем, в их городах и селах,Воскресный звон колоколовПредвечному добру гудел хваленья,Младенцы прыгали в руках у матерей,И славили поэты Красоту.Сейчас, когда в закатном небеЗа горло схвачен бурей вечер тихийИ из пещер повылезло зверье,Конец всему предвозвещая воем,Явись, поэт, на рубеже вековИ, подойдя к порогу оскорбленной,Скажи: «Прости!»Пусть этим чистым словом разрешитсяТвой, варвар, бред!* * *
