Дева Мария, заступница наша!Не допусти, чтоб сгорели гренкиИли попал таракан в простоквашу, —Знаешь, как долго болят синяки?Чищу ли я огурцы для салатаИли слежу, чтоб не выкипел суп, —Только и думаю: может, когда-тоБыл поварёнком и бедный Исус?Страшен, как склеп, этот пасмурный замок,Окна в помёте летучих мышей.Хоть бы единственный Солнечный ЗаяцНе погибал от кухонных ножей!Снимут с него золотистую шубку,Вымочат в уксусе и – на плиту…Помнишь, как воины в уксусе губкуВместо воды подавали Христу?..Плачет в постели больная сестрёнка,Стража полночная в колокол бьёт…Дева Мария, убей поварёнка,Пусть только Солнечный Заяц живёт!<p>Монологи повара</p>IНи знать, ни чернь не могут без еды,Солёной, сладкой, острой или пресной.Напрасны философские труды:Духовной пищей жить неинтересно.Пока мудрец молчание хранит,И кофей пьёт, и ждёт пищеваренья,Уж мать дитя любимое бранитЗа ложку ежевичного варенья.Нет! Человек не только хлебом сыт! —Вы возмущённо машете руками,И слёзы льёт в моей кладовке сыр,Огромный, рыхлый, как цедильный камень.И в бесконечной темени ночей,Где вечный спор ведут душа и тело,Пылает Марс – планета палачейИ поваров, уставших до предела.IIИз кулинарной книги старых летПослушайте затейливый рецепт:Вот глухари – Бетховены лесные,Сражённые под песню наповал(Уж больше им сонат не токовать),Лежат на блюдах, как в гробах роскошных,Украшены заботливой рукойБрусникой, мандаринами и вишней…О, это неземное объеденье!<p>Монолог любознательного человека</p>Дитя, разбей свои игрушки!Что там внутри? А ну, давай,Горошины из погремушкиПроворной лапкой добывай.Тебя рассерженная няняПосмела шлёпнуть? Ничего!Страшнее, брат, непониманьеУстройства сущего всего.Терпи, непризнанный учёный,Готовься, маленький герой,И к Сиракузам осаждённым,И к Петропавловке сырой.И в грозный час, не цепенея,Ты убедишься, фантазёр,Что тайна мира жжёт сильнее,Чем инквизиторский костёр.<p>Монолог Фауста</p>Я пытаю железо и серу,Задеваю огонь бородой,А за окнами в сумерках серыхЖдёт чудес академгородок.Мефистофель, голубчик, смотри-ка,Вот в пальтишке на рыбьем мехуОдиноко бредёт Маргарита,Без которой я жить не могу.Я готов под внезапной любовью,Лишь бы трепет испытывать вновь,Подписаться и собственной кровью,Но годится ли белая кровь?..<p>Монолог о войне и мире</p>
