Избранное. Аргонавты западной части Тихого океана полностью

О двух первых разновидностях лодок необходимо сказать всего лишь несколько слов для того, чтобы посредством сравнения с ними получить более ясное представление о лодках третьего типа. О конструкции самых маленьких лодок в достаточной мере можно судить по чертежу (I) на рис. II. Из него ясно, что это простая выдолбленная колода, соединенная с поплавком. У нее никогда нет ни надстройки из досок, ни резных бортов, ни, как правило, какого-либо помоста. С экономической точки зрения такая лодка всегда находится в собственности одного человека и служит его личным потребностям. Лодкам этого типа не приписывается ничего ни мифологического, ни магического.

Тип (2), как это можно видеть на рис. II (2), по своей конструкции отличается от типа (1) тем, что он тщательно закрыт, надстроенными из досок бортами, и имеет резьбу на носу. Конструкция из шести шпангоутов помогает держать доски прочно прикрепленными к выдолбленному корпусу. Такие лодки встречаются в рыбацких деревнях, которые организованы в несколько рыболовецких команд, во главе каждой из которых имеется свой вожак. Он же является и собственником лодки, он осуществляет рыболовную магию и, помимо прочих привилегий, получает главную часть улова. Однако de facto все члены его экипажа имеют право пользоваться лодкой и участвовать в разделе улова. И здесь мы знакомимся с тем фактом, что собственность у аборигенов – это не простой институт, поскольку подразумевает наличие определенных прав у некоторого числа людей в сочетании с особым правом и титулом собственника у одного человека. Со строительством и использованием этих лодок связано много магических рыбацких обрядов, табу и обычаев, которые и являются предметом некоторых менее значительных мифов.

Куда более совершенным техническим устройством, большей пригодностью для мореплавания и более тщательной постройкой отличаются мореходные лодки третьего типа (см. рис. II (3)). Они, несомненно, являются наивысшим достижением туземного кораблестроения. С технической стороны они отличаются от описанных выше типов, скорее, количеством потраченного на их постройку времени и тщательностью обработки деталей, нежели чем-то существенным. На них имеется воздвигнутая над выдолбленной колодой надстройка из досок, замкнутая со всех сторон резными поперечными досками носа и кормы, которые поддерживаются другими – продольными, овальной формы досками. Вся обшивка из досок удерживается благодаря шпангоутам, как и во втором типе рыбацких лодок – калипоуло, однако все части пригнаны и обработаны гораздо совершеннее, связаны более прочными лозами и лучше просмолены. Резьба, которая на рыбацких лодках зачастую довольно невыразительна, здесь просто совершенна. Собственность на эти лодки является куда более сложной, а их строительство неразрывно связано с племенными обычаями, церемониями, магическими ритуалами, причем последние основаны на мифологии. Магия над ними всегда совершается в тесной связи с экспедициями кула.

После того, как мы рассказали, во-первых, об общем впечатлении, производимом лодкой и о ее психологическом значении, а также, во-вторых, основных чертах ее технологии, мы должны вернуться к социальному значению масава (мореходной лодки).

Лодка строится группой людей; ею владеют, пользуются и наслаждаются сообща, что делается в соответствии с определенными правилами. Следовательно, имеется социальная организация, лежащая в основе постройки лодки, собственности на нее и плавания на ней. Под этими тремя заголовками я дам очерк социологии лодки, всегда помня о том, что эти общие схемы должны быть в дальнейшем наполнены конкретным содержанием.

Изучая постройку лодки, мы видим туземцев, вовлеченных в крупномасштабное предприятие. Перед ними встают такие трудности, которые требуют знаний и могут быть преодолены лишь постоянными систематическими усилиями, а на некоторых стадиях постройки необходим коллективный труд. Все это, очевидно, подразумевает социальную организацию. Все стадии работы, при которой необходимо взаимодействие разных людей, должны быть скоординированы: должен существовать какой-то авторитетный человек, который проявлял бы инициативу и принимал решения, но должен существовать и разбирающийся в технике человек, который бы руководил постройкой. И, наконец, в Киривина коллективный труд и услуги экспертов должны оплачиваться и потому должен быть человек, обладающий для этого средствами и готовый их истратить[45]. Эта экономическая организация покоится на двух фундаментальных фактах, имеющих принципиальное значение – на 1) социологической дифференциации функций и на 2) регулировании труда магией.