Избранные полностью

Она взяла свой «По старинке» с барной стойки, сделала глоток, затем последовала к столику, где он подавал Эстер и ребятам их напитки, как будто ничего не случилось. Но что-то произошло, – Слоан просто не знала точно, что именно.

Эдда и Кайрос голосили песни на всю улицу. Они шли вчетвером от бара к ближайшему отелю, чтобы поймать такси. Было темно, и Эстер отметила, что по крайней мере половина фонарей, мимо которых они проходили, были газовыми. Слоан думала о том, что когда магия пришла в их мир, в этот момент зародилась тяга людей к прошлому, но она так и не поняла, как это все было взаимосвязано. Может быть, это произошло потому, что волшебство и магия, о которых было известно человечеству, были связаны со старинными мирами, сказками или со старыми мифами о богах, ангелах и демонах. Поэтому человек, столкнувшись с магией в настоящем, вместо того чтобы пойти вперед, потянулся в прошлое.

Эстер взяла Слоан под руку.

– Так значит, Мокс, – сказала она.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – ответила Слоан. – Но это не так.

– Я только хотела тебе сказать, что если ты задумала зацепить этого горячего мачо, то тебе не стоит это скрывать от меня, вот и все.

– Спасибо, что предупредила.

– И Мэтту я тоже ничего не скажу.

– Очевидно.

Эстер наклонила голову и посмотрела на Слоан, словно пытаясь вспомнить название песни.

– А мне кажется, что тебе тут лучше, – наконец произнесла она.

– Лучше? – Слоан захохотала. – Скажи об этом Эвану Ковальчику.

– Я не хочу сказать тебе, что ты и до этого была нормальная, просто тебе лучше. Поспокойнее.

– Ну, – ответила Слоан. – Я знаю свою работу. Боритесь со злом, уворачиваясь от правительственных головорезов. Сценарий тот же, только фильм другой.

Эстер кивнула, но поперхнулась, когда тихо сказала:

– Я не хочу снова делать это.

Эдда и Кайрос закончили петь; вероятно, эту песню они выучили во время строевой подготовки. Они стояли под ярким навесом у входа в отель и разговаривали с человеком в форме, державшим во рту свисток.

– А что если я умру здесь? – Голос Эстер внезапно стал хриплым. – А что если мама умрет дома, даже не узнав…

Слоан не могла слушать дальше. Она познакомилась с мамой Эстер, когда они обе были подростками и личико подруги было еще круглым, как тарелка. Мама была теплой, но какой-то отстраненной, как будто она жила в двух мирах одновременно, и каждый из этих миров перетягивал одеяло на себя. А потом, много лет спустя, ей поставили смертельный диагноз, она уменьшилась вдвое, стала носить на голове платок, но все еще продолжала улыбаться, как и прежде.

У всех пятерых были родители, которых было сложно назвать родителями мечты. Каждый из них положил своего ребенка на алтарь идеи. Но больше всего на настоящую маму была похожа именно мама Эстер. Она всегда так беспокоилась о том, накормлена ли ее доченька, пьет ли она чай, ест ли она тортики, даже если Эстер находилась в этот момент в гостях у посторонних людей.

Слоан крепко сжала руку Эстер, надеясь, что это поможет ей успокоиться. У нее не очень хорошо получалось утешать людей, на это у них всегда был Алби.

– Твоя мама знает все, что нужно, – промолвила она. – Что ее дочь спасла мир. И что она любит ее.

Эстер покачала головой.

– Хорошо, – она судорожно сглотнула. – Ага.

К обочине подъехало такси. Они все набились в него, потихоньку успокаиваясь на обратном пути в ЦПКиО. Слоан смотрела в окно, но ничего не видела. Она думала о том, что все, что происходит сейчас, включая то, что они оказались в параллельном измерении, происходит После Алби. Словно наступила новая эра. Слоан ПА.

Есть некоторые вещи, после которых твоя жизнь делится на две половины – до и после. Именно так и произошло.