— Неужели что-то еще произошло? Ой, как интересно! — вовсю развеселилась Юлька, потирая ладони.
— Забавляешься, Смехова? — прищурилась Наталья.
— Ага, — откровенно призналась Юля.
— Погоди, и не так посмеешься… я чуть не обрыдалась от хохота, увидев все это. Пошли. — Наталья махнула рукой в сторону своей спальни. Юля послушно последовала за ней. Они вошли в комнату, и Наташа распахнула шкаф и вытащила оттуда большую коробку из-под шампанского. — Гляди! — кивнула она на тару.
— Что там?
— Иди-иди, взгляни. Супер!
Юля осторожно приблизилась к Наташе и, заглянув в коробку, прыснула:
— Зачем тебе столько комнатных тапочек, Натали?! — заикаясь, спросила она.
— Вот и я думаю — зачем они мне, да еще в эту дебильную клеточку? — недовольно проворчала Наталья. — Ты думаешь, это все? Блажен, кто верует! — хмыкнула она. — Пошли дальше.
— Слушай, какой-то странный барабашка в твоей квартире завелся, — хихикнула Юля. — Ничего не ворует, наоборот, все в дом тащит.
— Как это — не ворует? А о продуктах забыла? — напомнила ей Наталья. — А кто елку спер и вместо нее притащил пальму? А куда делась моя картошка, чье место заняли эти чертовы мандарины? — все больше распалялась она. — А еще мой фартук пропал.
— Фартук? — удивилась Юлька. — Кому это, интересно, понадобился твой фартук?
— Новый, между прочим, в желтых ромашках, я его совсем недавно купила.
— Странный барабашка, — сморщила Юля носик. — А вместо фартука он тебе ничего не притащил?
— В каком смысле?
— Ну, вместо елки у тебя теперь — пальма, вместо картошки — мандарины. А вместо фартука ничего не появилось? — весело поинтересовалась Юлька.
— Тапочки в клетку, забыла, что ли? — буркнула Наташа.
— Ах, ну да, тапочки, — кивнула Юля. — Целая коробка! Вот умора, нарочно не придумаешь! Кому расскажи — ни за что не поверят.
— То-то и оно, не поверят, я это уже испытала — в милиции, — бросила Наталья.
— Послушай, Наташа, и ты с этими… м-м… сведениями пошла в милицию? — уточнила Юлька. — С тапочками в клеточку и с мандаринами?
— А с какими еще сведениями я бы туда отправилась? С ананасами и модельными туфлями от Гуччи?! Разве этого недостаточно? — Взорвалась соседка.
— Достаточно. — Юля прикусила нижнюю губу, чтобы вновь не рассмеяться. — И теперь я прекрасно понимаю, дорогая моя Натали, почему они послали тебя… к доктору.
— Давай, давай, иронизируй. — Наташа сморщилась, словно откусила кусок от лимона. — Я ведь не дура, прекрасно понимаю, что это похоже на бред больного алкоголика. Но что же я могу поделать, если это правда? Ведь, как ни крути, а факт — вещь упрямая, с ним не поспоришь. Я специально не стала ничего трогать, оставила все, как есть, — и пальму, и мандарины, и тапочки, и еще пылесос на балконе…
— Какой пылесос? — не поняла Юля.
— Обыкновенный!
— Ты хочешь сказать, что он тоже взялся неизвестно откуда? Что он — не твой?
— Впервые его увидела — фыркнула Наташа. — Вышла на балкон белье снять и споткнулась об это чудо техники прошлого века. Ты посмотри на него — раритет, да и только! — усмехнулась она.
— Он работает?
— Понятия не имею.
— А давай попробуем! — оживилась Юлька.
— Даже не мечтай. — Наталья испуганно замахала руками. — Не хватало еще, чтобы он взорвался!
— Скажешь тоже. — Но Юлька все-таки отошла от балконной двери на безопасное расстояние, на всякий пожарный случай. — И что ты собираешься с ним теперь делать? И вообще, со всем остальным?
— Так как милиция не отреагировала на мое заявление и сочла меня городской сумасшедшей, я решила избавиться от всего этого хлама. Пальму, правда, жалко, хорошенькая, живая, но все равно — выброшу!
— Как это выбросишь? Нельзя ничего выбрасывать, это же улики, — возразила Юля.
— Кому они нужны, улики эти? Милиции наплевать, а мне они тоже сто лет в обед не упали.
— А как же….
— Я понимаю, что ты хочешь сказать. Сейчас новогодние выходные, слава богу, до десятого числа тянутся, поэтому я придумала план, как мне поймать этого шутника, — ответила Наташа, опередив вопрос Юли. — Пойду в магазин «Охотник», куплю дюжину капканов… на медведя, и разложу их по всей квартире! Посмотрим тогда, кто посмеется последним! Мне этот черный юмор уже поперек горла стоит. И потом, если честно: страшно мне, Юля! В собственной квартире находиться боюсь! Разве это дело? Поэтому я и решила: будь что будет, а я этого остряка отловлю и сдам куда положено.
— Если ты не против, я тебе помогу, — возбужденно предложила Юля.
— Значит, ты мне веришь?
— Что за глупые вопросы, Натали? Конечно, верю, я ж тебя тысячу лет знаю. И, кажется, у меня тоже есть план!
