Тоже дрыхнет!.. Вечером вчерашнимСмазливая служаночка однаЯвилась к нам в сторожевую башню.Ну, мы, понятно, бросили вино,Забыли кости и решили былоЕе пощупать, как заведено.Но тут девчонка эта нам открыла,Что принц Оранский, неусыпный стражСвободы нашей[44], грузит на телегиСвоих солдат, чтоб вольный город нашЛишить его старинных привилегий,Что он к нам подойдет в ночную тьму,Что, словно Каин, предающий брата,Пароль и отзыв выдали емуТузы из армии и магистрата.Тогда мы запалили фитили,Штыки проверили, как говорится,И, не шумя, у пушек прилегли,Готовые достойно встретить принца.Боясь измены, не сказали мыИ ни словечка Сиксу или Куку.РембрандтНе миновать бы вам, орлы, тюрьмы,Когда б им кто шепнул про эту штуку!ПушкарьМы так и думали. Глядим: как волк,Бряцая медью копий для острастки,Крадется рейтарский особый полк,И впереди — вельможный принц Оранский,Здесь для начала наш дозорный постИх обстрелял.Рембрандт И поделом: не суйся!ПушкарьПотом поднялся наш висячий мостИ громыхнули пушки Нисверслуйса[45].Не стал протестовать высокий гость,Откланялся и повернул обратно.Лишь со скабрезной ручкой в поле тростьНашли мы утром.Рембрандт Принца, вероятно.ПушкарьОтчаянной пальбы услышав звук,В одном белье, с дежурной полуротойНа башню к нам явился Баннинг КукИ грозно приказал открыть ворота.Он заорал, но тут, не обессудь,Братва его послушалась не шибко:Ребята взяли дурака за грудьИ объяснили — в чем его ошибка.Как изменился он!Рембрандт Смешная роль!ПушкарьНа что смешнее! Вспомнишь — хохот душит!Он проворчал, что принц ведь знал пароль,Но наконец велел стрелять из пушек.Он опоздал с приказом этим: тотИ так немало получил гостинцев.Кук всякий раз хватался за живот,Когда ядро летело в войско принца.Тихо отворяется дверь, и входит доктор Тюльп. Прислушавшись к разговору, становится за портьеру и подслушивает.
Приехал Сикс. На башне у перилОн долго в трубочку смотрел невинно.Он очень пушкарей благодарил,Но почему-то с крайне кислой миной.Наш бургомистр, казалось, был бы рад,Когда б врага впустили мы без звука.РембрандтДа, Сикс — лиса! Он — тонкий бюрократ!Его накрыть куда трудней, чем Кука:Он тут соврет, а там подпустит лесть…МортейраА что ж служанка?Пушкарь Канула как в воду!..Да ты, Рембрандт, хотел мне дать поесть.Я даром, что ль, сражался за свободу?Рембрандт (кричит)Эй, Флинк! Фабрициус!.. Всегда заснут!<p>3</p>Входит Хендрике. Увидев пушкаря, отворачивается. Тот внимательно в нее всматривается.
ХендрикеИх нет, хозяин.Рембрандт А коль нет, так живоРаспорядись, чтоб через пять минутСтояли тут яичница и пиво.Хендрике кланяется и уходит.
