О боже, о боже хоть луч благодати твоей,Хоть искрой любви освети мою душу больную;Как в бездне заглохшей, на дне все волнуется в ней,Остатки мучительных, жадных, палящих страстей…Отец, я безумно, я страшно, я смертно тоскую.Не вся еще жизнь истощилась в бесплодной борьбе:Последние силы бунтуют, не зная покою,И рвутся из мрака тюрьмы разрешиться в тебе!О, внемли же их стону, спаситель! внемли их мольбе,Зане я истерзан их страшной, их смертной тоскою.
(1844)
<p>Отрывок из сказаний об одной темной жизни</p>1С пирмонтских вод приехал он,Все так же бледный и больной,Все так же тяжко удрученИпохондрической тоской…И, добр по-прежнему со мной,Он только руку мне пожалНа мой вопрос, что было с ним,Скитальцем по краям чужим?Но ничего не отвечал…Его молчанье было мнеНе новость… Он, по старине,Рассказов страшно не любилИ очень мало говорил…Зато рассказывал я самЕму подробно обо всех,Кого он знал; к моим словамОн был внимателен — и грехСказать, чтоб Юрий забывал,Кого он в старину знавал…Когда ж напомнил я емуПро Ольгу… к прошлому всемуПечально-холоден, зевнулМой Юрий и рукой махнул…2Бывало, часто говорилОн мне, что от природы былОн эгоистом сотворен,Что в этом виноват не он,Что если нет в душе любвиИ веры нет, то не зовиНапрасно их, — спасен лишь тот,Кто сам спасенья с верой ждет, —Что неотступно он их звал,Что, мучась жаждою больной,Все ждал их, ждал — и ждать устал…И, разбирая предо мнойСвои мечты, свои дела,Он мне доказывал, что в нихНе только искры чувств святых,Но даже не было и зла.Он говорил, что для другихВ преданьях прошлого — залогЛюбви и веры, — а емуПреданий детства не дал бог;Что, веря одному уму,Привык он чувство рассекатьАнатомическим ножомИ с тайным ужасом читатьЛишь эгоизм, сокрытый в нем,И знать, что в чувство ни в одноЕму поверить не дано.3Одну привязанность я зналЗа Юрием… Не вспоминалО пей он после никогда;Но знаю я, что ни года,Ни даже воля — истребитьЕе печального следаНе в силах были: позабытьНе мог он ни добра, ни зла;И та привязанность былаТак глубока и так странна,Что любопытна, может быть,И вам покажется она…Не думайте, чтоб мог любитьОн женщину, хотя в любовь,Бывало, веровал вполне,Хоть в нем кипела тоже кровь…Но не способен был вдвойнеИ в те лета влюбиться он:Он был и ветрен, и умен.Зато в душе иную страстьНосил он…4
