— Глубокоуважаемый сэр, вы же наверняка проголодались; я это предвидел — сейчас позвоню, горничная принесет вам ветчины и парочку яиц. Мы небогаты, но, по счастью, и не бедны. Хотя надо отметить, что у всех в этом вопросе своя арифметика. Видал я людей, которые, на мой взгляд, прозябали в беспросветной нищете, а между тем уверяли, что дела у них идут неплохо; с другой стороны, знаю я и таких, которые живут в огромных особняках и доход имеют немаленький, и тем не менее считают, что они в двух шагах от долговой тюрьмы! — Улыбнувшись Финту, он позвонил в колокольчик и полюбопытствовал: — А вот взять вас, мистер Финт, вы, как я понимаю, тошер, но не брезгаете и другими случайными подработками по возможности? Вы считаете себя богачом или бедняком?
А вопрос-то с подвохом, догадался Финт. Мистер Мэйхью, возможно, не так чертовски хорошо знает жизнь, как Чарли, но и недооценивать его нельзя; так что паренёк решился на крайнее средство — честность.
— Пожалуй, мы с Солом не то чтоб совсем бедны, сэр. Видите ли, мы зарабатываем понемножку тем и этим, кое-что перепадает, так что, думается, нам грех жаловаться в сравнении с многими другими, да.
Похоже, испытание он выдержал: мистер Мэйхью остался доволен. Он покосился на блокнот и уточнил:
— Сол — это ведь тот джентльмен, еврей по религиозным убеждениям, с которым вы живете под одним кровом, как мне рассказывал Чарли?
— Ой, не думаю, что его пришлось долго убеждать, сэр. Кажется, он так евреем и родился. По крайней мере, так он говорит.
Финт взять не мог в толк, что так насмешило мистера Мэйхью, и поневоле задумался, откуда это Чарли столько всего знает, что даже сообщает приятелю о его, Финта, местожительстве: причём сам Финт что-то не помнит, чтобы об этом рассказывал. Но все эти пустяки тотчас же вылетели из головы, едва за дверью послышались шаги служанки и громыхание подноса. Так может громыхать только тяжело нагруженный поднос — добрый знак! И чутье Финта не подвело. Мистер Мэйхью сказал, что уже позавтракал, так что Финт жадно накинулся на ветчину с яйцами, времени зря не теряя.
— Чарли возлагает на вас большие надежды, как вы сами знаете, — промолвил мистер Мэйхью, — и я должен признаться, что искренне восхищаюсь тем, с какой готовностью вы ринулись на защиту нашей юной леди, тем более что, как я понимаю, прежде вы знакомы не были. Сейчас я вас к ней провожу. Она, по-видимому, понимает по-английски, хотя я опасаюсь, что рассудок её помутился вследствие пережитой трагедии: по-видимому, она не в состоянии рассказать о злоключениях, её постигших.
Необычное дело! — Финт задумчиво поглядел на тарелку с едой, не торопясь подъесть все подчистую, — и вместо того сказал:
— Она очень напугана. Она была замужем за каким-то гадом, который плохо с ней обошелся, это точно. И… — Финт хотел было продолжить, но засомневался. Он думал про себя: «Ей здорово досталось, да; ей страшно, да; но что она повредилась в уме — это вряд ли. Небось выжидает: пытается понять, кто ей друзья. На её месте, при том что её и впрямь избили до полусмерти, я, верно, сообразил бы прикинуться будто мне хуже, чем на самом деле; таков закон улиц. Незачем людям все про тебя знать».
Финт по-прежнему ощущал на себе взгляд мистера Мэйхью; и вот вам пожалуйста, последовал новый вопрос:
— Будьте добры… скажите, где вы родились, мистер Финт?
Ему пришлось подождать: Финт расправился с остатками завтрака, облизал нож с обеих сторон — и только тогда ответил:
— В Боу,[390] сэр, хотя доподлинно не поручусь.
— А вы бы не рассказали мне о своем воспитании… как вы стали тошером?
Финт пожал плечами.
— Поперву был мусорщиком, таких ещё «грязевыми жаворонками» называют — а чем ещё мальцу заняться-то? — оно само собой получается, если вы понимаете, о чем я, возишься в речной грязи, подбираешь кусочки угля и всякое такое. Летом оно неплохо, зимой — просто жуть, но если мозгов хватает, так и ночлег себе найдешь, и пожрать промыслишь. Недолго поработал помощником трубочиста — ну да я Чарли рассказывал; а в один прекрасный день начал тошерить — и назад уж не оглядывался. Пристрастился к этому делу, как свинья к помоям, что, в общем, почти то же самое. Тошерона пока не нашел, но авось ещё повезет.
Финт рассмеялся и, решив подбросить этому серьезному джентльмену пищи для размышлений, добавил:
