— А посему, раз уж вы, капитан, вторглись в мою страну под покровом ночи, а я — всего лишь скромный гражданский, я думаю, никакие правила не помешают мне выбить из вас семь сортов дерьма, до тех пор, пока вы не скажете мне, зачем пришли сюда и когда прибывают остальные. А это займет очень много времени, потому как пока что мне известны лишь пять, — он закатал рукава, снова поднял капитана и замахнулся кулаком…
— Мы просто должны были взять рекрутов под стражу, — произнес голос. — Мы и не собирались бить их! А теперь отпусти его, Джекрам, черт бы тебя побрал! У него чай все ещё звездочки в глазах мелькают!
Это был сержант из таверны. Полли всмотрелась в остальных. Даже учитывая Карборунда и Маледикта, следящих за ними, и злобного взгляда Тонк, было вполне ясно, что первый же удар, обрушившийся на капитана, начнёт бунт. И Полли подумала: а они ведь защищают его…
Джекрам тоже понял это.
— А, теперь мы разговариваем. — Oн аккуратно опустил капитана вниз, но всё ещё придерживал его за куртку. — Твои люди хорошо говорят за тебя, капитан.
— Это потому, что мы не рабы, чертов свеклоед, — прорычал один из солдат.
— Рабы? Все мои парни завербовались по собственному желанию, брюквоголовый.
— Может, так они и думали, — отозвался сержант. — Вы просто наврали им. Врали годами. Они все умрут из-за вашей дурацкой лжи! Лжи и вашей поношенной, прогнившей, лживой старой шлюхи, герцогини!
— Рядовой Гум, стоять на месте! Это приказ! На месте, я сказал! Рядовой Маледикт, забери меч у рядового Гума! Это ещё один приказ! Сержант, прикажи своим людям медленно отойти! Медленно! Сей же час! Клянусь, я не жестокий человек, но любой, любой, кто не подчинится мне, черт возьми, будет возиться со сломанными ребрами!
Джекрам выдал все это одним долгим взрывом звуков, не сводя глаз с капитана.
Реакция, приказ и мертвая тишина заняли лишь несколько секунд. Полли смотрела на немую сцену, мышцы её расслабились.
Злобениане успокаивались. Карборунд осторожно опускал поднятую дубину. Маледикт держал Уоззи над землей, вырвав меч из её рук; должно быть, только вампир мог опередить Уоззи, когда она напала на пленников.
— Взять под стражу, — тихо проговорил Джекрам. — Забавное слово. Только посмотрите на этих ребят, а? Безусые юнцы, ну, кроме тролля, но лишайник не считается. Совсем ещё молокососы. Что такого опасного в этой кучке безвредных фермерских мальчишек, что могло бы заинтересовать таких прекрасных кавалеристов, как вы?
— Кто-нибудь может подержать ждещь палечъ, чтобы я мог жавяжать ужелок? — окликнул Игорь от импровизированного операционного стола. — Я почти жакончил.
— Безвредных? — воскликнул сержант, не отрывая взгляда от сопротивляющейся Уоззи. — Да они же просто чертовы безумцы!
— Я буду разговаривать только с вашим офицером, черт подери, — произнес капитан, чей взгляд теперь был чуть более сфокусированным. — У вас ведь есть офицер, а?
— Да, кажется, был где-то, — ответил Джекрам. — Перкс, сходи за рупертом, хорошо? И лучше для начала сними это платье. Никогда не знаешь, что взбредет им в голову. — Oн осторожно опустил капитана на скамью и выпрямился.
— Карборунд, Маледикт, можете отрубить что-нибудь у любого двинувшегося пленника, и любого, кто попытается напасть на них! — приказал он. — Так, что ещё… а, да. Тричасти Скаллот, я хочу завербоваться в вашу прекрасную армию, где открывается столько возможностей для молодого человека, желающего проявить себя.
— Вы служили раньше? — ухмыляясь, спросил Скаллот.
— Сорок лет сражений с любым чертом, какой бы ни сыскался в ста милях вокруг Борогравии, капрал.
— Особые навыки?
— Оставаться в живых, капрал.
— Тогда позвольте мне вручить вам один шиллинг и немедленное повышение в чин сержанта. — Скаллот протянул ему куртку и шиллинг. — Облобызаешь герцогинюшку?
— Не в этой жизни, — отозвался Джекрам, одеваясь. — Вот. Все разумно, складно и законно. Иди, Перкс, я отдал тебе приказ.
Блуз храпел. Его свеча полностью сгорела. На одеяле лежала открытая книга. Полли осторожно вытащила её из-под его пальцев. На потускневшей обложке заголовок был почти не виден. Тактикус: Кампании.
— Сэр? — шепнула она.
Блуз открыл глаза, увидел её, а потом отвернулся и отчаянно зашарил по кровати.
— Вот они, сэр! — Полли протянула ему очки.
— А, благодарю, — ответил лейтенант, садясь в кровати. — Уже полночь?
— Немного позже, сэр.
— О боже! Мы должны поторопиться! Скорее, подай мои брюки! Люди хорошо спали?
— Нас атаковали злобениане, сэр. Первый Тяжелый Кавалерийский. Мы взяли их в плен, сэр. Раненых нет, сэр.
…потому что они не собирались нападать на нас. Они хотели взять нас живыми. И натолкнулись на Карборунда и Маледикта и… меня.
Было сложно, очень сложно заставить себя ударить этой дубиной. Но, сделав что-то однажды, в другой раз становилось легче. А потом она смутилась из-за того, что её застукали в юбке, хотя бриджи все ещё были на ней. Она превращалась из мальчишки в девчонку просто усилием мысли, и это было так… просто. Нужно время, чтобы обдумать это. И много чего ещё. Но она подозревала, что как раз времени у неё будет меньше всего.
