Керри Йос подвел Богданова к хрустальному шару,что-то щелкнуло, и внутренность шара наполнилась светом и жизнью. Это была объемная и почти масштабная модель второй спирали Галактики, так называемый Рукав Стрельца, в который входила и звезда-карлик Солнце.
— Есть еще одна проблема,- сказал Йос.- Более тревожная, чем остальные. Система Золотоволосой, планета Рыцарь…
— Орилоух на радиоязыке аборигенов,- уточнил Бассард.
— Да, Орилоух, мы тоже все чаще употребляем это название. Над планетой вращаются две наши орбитальные станции, одна обитаемая, вторая резервная, законсервированная. Вчера оттуда пришел сигнал: резервная станция вскрыта, кто-то ее посетил.
— Ого!- сказал Тектуманидзе.- Интересно. Неужели орилоуны?
— Исключено.
— Тогда кто-то из персонала рабочей станции.
— Тоже исключено. Раз в полгода на станцию отправляется смена техников для проведения профилактических работ, эта смена и обнаружила следы чьего-то присутствия. Защита станции не пробита, продолжает работать, но следы тем не менее есть.
— Насколько я помню, у этих станций многослойная изоляция плюс ТФ-экран.
Керри молча нашел звезду, о которой они говорили, тронул в этом месте прозрачный шар кончиком щупа: шар отозвался тихим звоном.
— Но сквозь ТФ-экран не может проникнуть ни одно материальное тело!
— Мы не можем!- мрачно, с нажимом сказал Керри Йос.- Мы. А они, значит, могут.
— Кто они? Не орилоуны же в самом деле.
— Все эти сообщения нуждаются в проверке,- веско сказал Бассард.- Лично я сомневаюсь в их истинности. Наследить на станции могли и сами техники еще в прошлое посещение.
— Сто сорок три парсека,- пробормотал Керри Йос.- До Садальмелека сто десять,до гаммы Суинберна сто сорок три. И все три звезды в разных секторах, и все три — на границе исследованной нами зоны. О чем это говорит?
— Не знаю,- помолчав, сказал Богданов.
— И я пока не знаю. А если не знает отдел безопасности…
— Значит, надо объявлять «Шторм» по Управлению!
— Ну, «Шторм» не «Шторм», а хотя бы степень АА: готовность службам наблюдения за пространством, усиление патрульного обеспечения, косморазведке перейти на форму «Экстра».
— Не рано ли? — Бассард скептически поджал губы. — Вы представляете последствия тревоги?
Они посмотрели друг на друга, четыре специалиста, знающие цену неожиданностям.
— Ну, Керри, что ты, право… — позволил себе улыбнуться Тектуманидзе. — Нас же двадцать миллиардов!
— Успокоил,- грустно усмехнулся начальник отдела. — Действительно нас двадцать миллиардов, из них восемнадцать на Земле и в Системе, остальные у других звезд. И я подумал: а не много ли это для других звезд?
Бассард задвигал своими бровями Карабаса-Барабаса из детской сказки.
— Что ты этим хочешь сказать?
Керри посмотрел на браслет видео, в квадратике которого проступили цифры времени, и медленно проговорил:
— Умный поймет…
«Тиртханкар», дежурный спейсер УАСС- километровый цилиндр, увенчанный чудовищной гребенкой генераторов разгона,вышел из собственного ТФ-коридора в мегаметре от дрейфующей в свободном пространстве ретрансляционной ТФ-станции. До ближайшей звезды было немногим меньше семи парсеков, мизерность плотности космического звездного поля ощущалась здесь с особенной остротой, поэтому казалось,что станция давным-давно заброшена и не функционирует — уж очень неэффектно выглядела она на фоне звездной пыли Батыевой дороги, как звали Млечный Путь древние монголы.Именно с этой станции и ушел в неизвестном направлении транспорт с грузом, перед тем как спохватившиеся диспетчеры на Истории, второй планете Садальмелека, куда направлялся груз, растерянно докладывали Земле, что к Садальмелеку пришло только волновое эхо передачи, а сам груз исчез в неизвестности.
Станция была автоматической,точно такой же, как и все промежуточные ретрасляторы,усиливающие стационарный ТФ-тоннель между станциями метро Солнечной Системы и планет у других звезд. Обслуживающий персонал появлялся здесь раз в два года для профилактических осмотров силовых агрегатов и настройки дубль-систем.Но сейчас на ней не было ни одной живой души. Состояла она из двухкилометрового диаметра колец,соединённых тремя спицами изоляторов и создающих между собой приемнопередающий объем. Кольца были сделаны из металла и опутаны спиралями эмиттеров, окутанных в свою очередь «шубой» нежного голубоватого сияния.
Прибывших в первую очередь интересовали не силовые конструкции, а отсеки управления,прилепившиеся к кольцам и напоминающие драгоценные камни на перстнях.
Филиппу,как специалисту,было интересно бродить в лабиринтах энерголовушек и антенн, запрятанных в телах колец, сравнивать инженерные решения конструкторов Земли почти двадцатилетней давности с современными. Вместе с ним бродил по станции и Богданов, задавая иногда такие дельные вопросы, что Филипп только диву давался и однажды даже спросил, не работал ли инспектор когда-нибудь в Институте ТФ-связи.
