Куттер подпрыгнул вверх, пустырь с контейнерами и корпусами завода сразу превратился в маленькую заплатку на желто-зеленом ковре.
— Ну и Филипп!- медленно проговорил Богданов.- В наблюдательности ему не откажешь. Такое впечатление, что Наблюдатель заинтересован именно в нем. Где бы он ни появился- появляется его «звезда»…
Станислав с молчаливым изумлением смотрел на друга.
В отделе их ждало сообщение от Тектуманидзе, полученное по каналам отдела.
— Легок Шалва на помине,- сказал Томах, включая запись.- Что ж, послушаем, что он хочет нам сообщить.
Прямо посреди комнаты возник странной формы пульт и возле него трое в форме погранслужбы, одним из которых был начальник следственной группы отдела безопасности Шалва Тектуманидзе.
— Слава и Никита,- сказал Тектуманидзе, словно заранее знал, что его сообщение первыми будут слушать именно эти двое,- привет. Я кое-что раскопал по вашей части. Керри мне обмолвился, что вы работаете по форме «Поиск-экстра»,это,очевидно, продолжение работы с «зеркалами». Первое: мои эксперты чуть ли не по винтику разобрали вторую станцию над Орилоухом, ту самую, резервную, которая была вскрыта неизвестно кем. Следов- никаких, если не считать таковыми полное отсутствие программ в бортовом компьютере. Такое впечатление, будто записи на ферроиглах стерты.Как это можно осуществить без нарушения структуры феррокристаллов, я не знаю. Эксперты тоже. Кроме того, обнаружена «звезда Ромашина», что прямо указывает на присутствие на станции Наблюдателя.Второе: груз, предназначавшийся для экспедиции Вернигоры на Шемали, найден…- Тектуманидзе посмотрел прямо в раствор видеокамеры, глаза у него были красные, с припухшими веками,- на Шемали.
Томах невольно посмотрел на Богданова, но тот остался невозмутим.
— Да, на Шемали,- повторил Тектуманидзе,- но, по оценкам экспертов, груз пролежал на планете,в одной из пещер,около ста лет! Контейнеры не выдержали испытания временем и без подкачки энергии рассыпались в пыль, оборудование сохранилось, хотя и прокорродировало. Теперь думайте, у меня все. Полный отчет привезу дня через четыре.
Шалва слабо помахал рукой, виом свернулся в нить и угас, запись кончилась.
— Устал Шалва,- после непродолжительного молчания произнес Томах, хотя сказать хотел совсем другое.
— Заметно,-тихо согласился Богданов,тоже думая о другом.-Что будем делать? Временные прыжки грузов- это почище самих «зеркал»! Шалва еще не знает о находке груза на Земле.Может быть, и остальные пропажи скоро обнаружатся? Дадим ТФ-депешу на Историю,пусть поищут получше на планете.И везде один и тот же знак- «звезда»!Не только в дальнем космосе, но и на Земле! Понимаешь, чем это пахнет?
— Наблюдатель нас предупреждает,-пробормотал Томах.- Ты это хотел сказать? На кой ему это потребовалось? Не мог предупредить нас в открытую? Не хочет раскрывать координат своего дома? Чего ему бояться? И что означает его знак? Кто его ставил? Каким способом?
Богданов помолчал, наводя порядок на своем столе.
— Ты задаешь слишком много вопросов. Все наши загадки хорошо коррелируются между собой… кроме одной- смерти Василия. Не верю, что Наблюдателю была выгодна его смерть.
— Не торопись с выводами,- раздалось с порога.
Друзья оглянулись. Керри Йос задумчиво рассматривал их от двери. Подошел, неодобрительно покосился на стол Богданова, сел в ближайшее кресло.
— На одном из блоков «Умника»,с которым работал твой брат, тоже обнаружена «звезда Ромашина». Правда, медэксперты твердо уверены в его естественной смерти; насколько я их понял, у Василия резко возросло артериальное давление — следствие ускоренной работы мозга,- с которым не справилась система магистральных артерий, и почему-то не сработала система спинальных артерий. Отек мозга развился за минуту…
У Богданова резко вспухли желваки и сузились потемневшие глаза.
Керри посмотрел на него снизу вверх цепким взглядом, однако Богданов молчал.
— Над чем работал Василий,установить пока не удалось. «Умник» пытался «пошарить» в своей памяти,но едва не заработал синдром «общего склероза», по выражению кибернетиков.А в режиме «один на один» из наших спецов никто с ним не работал и не умеет,да и рискованное это занятие. Вот и все новости. Будут еще, сообщу.
— Спасибо,- сказал Богданов.
— Чего уж… Ваши соображения о действиях Наблюдателя? Зачем ему забрасывать грузы в прошлое? О технической стороне дела я и не говорю, она поставила в тупик даже ученых-теоретиков, важно разобраться в психологии.
— Наблюдателю не нравится, что мы все чаще и уверенней вмешиваемся в жизнь нашего звездного региона,- предложил Томах.- Не могу только понять, почему.
— А я могу,- проговорил тихо Богданов.- Он хочет заставить нас почаще «оглядываться вперед», пока человечество еще не вышло из возраста капризного ребенка, вопреки воле воспитателей делающего то, чего делать не следует, а уже пытающегося диктовать свою волю.Вот Наблюдатель и предупреждает нас, что след капризного ребенка на клумбе с цветами- не лучшее, что он может оставить после себя.
