Обе девушки шагнули к Троблуму. Тогда он мысленным приказом отключил защиту на всех контейнерах и даже собственное интегральное силовое поле. Кэт отреагировала мгновенно. Она просто скрылась в серебристом сиянии, словно окутанная лунным светом.
— Стойте, — скомандовал Троблум.
Девушки нерешительно оглянулись на столб света, ожидая инструкций Кэт.
— Троблум? — послышался ее голос из-за защитной пелены. — Что ты делаешь? Ты остался безо всякой защиты.
— Помнишь эту игрушку? — спросил он, показывая на серый овальный предмет, лежащий на столе у самой двери.
— Нет, — с устрашающим равнодушием ответила Кэт.
— Это оружие было на «Эйблс ND-сорок семь», на котором вы въехали в Буунгейт, — пояснил Троблум, жалея о том, что не в силах унять дрожь и перестать потеть. — Кто-то подобрал его и взял с собой в новый мир. Я так и не смог выяснить, с какой целью. Вероятно, тот человек хотел получить преимущество перед своими собратьями-переселенцами. Но правительство конфисковало этот предмет, и несколько веков он оставался в архиве улик. Потом попал в музей и…
— Троблум! — Сердитый окрик Кэт хлестнул по залу.
— Да, извини. Это зональный истребитель, — кротко закончил он. — Я был счастлив, когда сумел выкупить его. В музее его держали в стабилизирующем поле, так что оружие до сих пор действующее. Вещь, конечно, антикварная, но я бы не поручился, что кто-либо, даже с таким силовым полем как у тебя, выживет в замкнутом пространстве вроде этого зала. Как ты считаешь?
— Ты пытаешься мне угрожать, дорогуша? — спросила Кэт после небольшой паузы.
— Я поставил его на двойной триггер, — сказал Троблум. — Я могу привести его в действие лично, если решу что ты представляешь для меня угрозу. Но, если ты окажешься достаточно ловкой и уничтожишь меня, оружие все равно сработает.
— Да хоть бы и волновым ножом, — взвыл Коротышка. Ноги у него подогнулись, и он грузно осел на пол. — Я больше не могу. — Он обхватил руками голову и зарыдал. — Действуй, старик. Ради бога, покончи с этим.
Убей нас всех.
— Он этого не сделает, — заявила Кэт. — Не тот тип. Если ты выстрелишь, толстяк, погибнут все, не только я. А если ты меня послушаешься и поможешь схватить Паулу, я могу и позабыть об этом мелком проступке. Поворачивайся, Алсинда, — повелительно добавила она.
Троблум отправил команду на маленький пульт управления зонального истребителя; малметаллическая поверхность замерцала, и на ней открылись пятьдесят небольших отверстий.
— Нет.
Алсинда успела сделать один шаг и снова остановилась.
— Действуй, — приказала Кэт.
— Они не понимают, — сказал Троблум. — Контролировать их тебе помогает не только вставка; они не потеряли надежду. А у меня ее нет. Я знаю, как это глупо. Я знаю тебя. Возможно, ты одна из немногих людей, кого я действительно понимаю. Потому я и отключил свое силовое поле. Я знаю, что ты все равно меня убьешь. И мы оба понимаем, что меня не оживят, даже если Галактика уцелеет. Для меня это конец. Не утрата тела, а реальная смерть. Так что я могу оказать услугу человечеству, забрав тебя с собой.
— А как насчет Коротышки и девчонок? — спросила Кэт.
— Стреляй же, чертов ублюдок! — завопил Коротышка.
— Да, — взвизгнула Алсинда. — Избавь нас…
Ее тело судорожно напряглось, спина выгнулась так сильно, что Троблуму показалось, она вот-вот сломается. Девушка вцепилась пальцами в голову, оставляя ухоженными ногтями кровавые полосы на коже в попытках избавиться от источника мучений. Потом ноги у нее подогнулись, и Алсинда с безмолвным криком рухнула на пол.
— Давай не будем осложнять дело никчемными советами посторонних, — беззаботно сказала Кэт. — Ты все еще надеешься как-то выкарабкаться, иначе уже активировал бы зональный истребитель. Что ты можешь предложить?
— Не знаю, — ответил Троблум. — У меня нет никакого плана. Никакого логического решения. Я просто жду, когда ты совершишь что-то ужасное, и тогда выстрелю. Мы оба погибнем.
Он взглянул на извивающуюся на полу Алсинду. Из ее глаз, рта и носа поползла какая-то ворсистая масса, похожая на грибы: потом еще один нарост поднялся над пупком. Они быстро расширялись и разбухали.
Кэт засмеялась.
— Ты просто прелесть. Я единственный человек, которого ты понимаешь, и потому ты решил себя убить. А что если я предложу тебе пройти к двери и убежать к своему кораблю, в то время как я сама останусь здесь и дождусь Паулу.
Троблум не мог отвести взгляда от бьющейся в конвульсиях Алсинды. Ее голова уже наполовину скрылась под ворсистыми наростами, а по краям бикини вырастали все новые и новые опухоли. На кончиках ворсинок
блестели прозрачные капельки. Судороги усиливались. Троблум всерьез подумывал, не убить ли девушку обезвреживающим импульсом и способны ли на это его биононики.
— Я не доберусь и до верхней ступеньки, — сказал он, стараясь сосредоточиться на словах Кэт. В голове крутилось: «Смерть стала бы избавлением для Алсинды, у нее наверняка есть страховка для оживления и ячейка памяти в хранилище». — Остальные охранники Коротышки об этом позаботятся.
Кэт слегка махнула рукой, и Алсинда перестала биться, неподвижно замерев на полу.
