— Так почему бы тебе не попытаться? Хотя бы ради своей матери. Посмотри на нее, ей ведь очень неохота покидать город. Но у меня нет выбора: твой отец поступил плохо. Зато у тебя появился шанс все исправить.
— Ладно. Я согласен.
— Спасибо. — Эдеард повернулся к Арктолу и Джаниль. — Вы можете возвращаться домой. Завтра к семи утра Маркол должен прийти в участок Дживон и выглядеть чистым и опрятным.
— Да, Идущий-по-Воде. Спасибо, Идущий-по-Воде.
— К чему это, Хоньо тебя забери? — спросил Максен. — Ты всерьез думаешь, что он станет констеблем?
Эдеард усмехнулся.
— Мы ведь стали.
Под аркой Северных ворот прошли последние из осужденных на высылку. Эдеард повернулся к многочисленной группе констеблей.
— Мои сегодняшние действия останутся в памяти людей. Но ничего этого бы не произошло, если бы не ваша поддержка, и я благодарю вас от всего сердца. Ваш вклад в общее дело ничуть не меньше, чем мой.
Третьей рукой он потянулся к огромным железным стержням, удерживавшим ворота. Стопорный механизм протестующе заскрипел, но освободил створки. На миг Эдеарду показалось, что древние хрустальные пластины вот-вот разобьются, но они плавно повернулись и встали на место. Он решил, что этот жест превосходно завершит операцию по высылке преступников.
Катлин, сестра Кансин, стояла на площади возле груды обломков, оставшихся от особняка Байза. Маленький Диум у нее на руках сосал медовый леденец и энергично вертелся, оглядываясь по сторонам. Рядом с Катлин стояли Дибал и Бижули. Все трое беседовали с Динлеем, который пристроился на старинной скамье из талвишневого дерева, вытащенной из груды пожитков. Жители Сампалока собирали трофеи, роясь в обломках, словно стая драккенов в падали. С площади они уходили с тяжелыми узлами самых различных вещей. По мнению Эдеарда, гигантская куча уменьшилась уже на треть. Как ни удивительно, но исчезли даже огромные ворота из внешней стены. Быстрый поиск про-взглядом обнаружил их рядом с кузницей, в трех кварталах от особняка. Хозяин кузницы вместе с подмастерьями уже начал сбивать массивные железные полосы.
— Отлично, — бросила Кансин, выйдя на площадь с улицы Барфол и завидев Катлин. — Так что же происходит?
Катлин заметила сестру и приветливо помахала рукой.
Эдеард поднял палец.
— Подожди немножко, — попросил он.
Жители Сампалока, заметив Идущего-по-Воде, прервали свои поиски и стали с тревогой оглядываться. Эдеард им улыбнулся.
— Возьмите все, что вам нужно, а потом отойдите, пожалуйста.
Несколько человек поверили ему и продолжили свое занятие, копаясь в обломках.
— Эдеард! — предостерегающим тоном окликнула его Кансин.
— А, сейчас, сейчас.
Он отыскал взглядом Кристабель. Она вышла на площадь в лимонно-желтом платье и фартуке, на котором виднелись пятна крови. Вместе с ней шла матушка — пожилая женщина, чей взгляд выдавал напряженную подозрительность. Она была настоятельницей храма Заступницы в Сампалоке — одно из наиболее неблагодарных занятий в таком районе. Это отражалось и в ее поведении. Эдеард заметил, что ее лицо более сурово, чем лица всех служительниц храмов, которых он когда-либо видел.
Бижули обняла Максена, а Дибал хлопнул его по спине, вызвав болезненный стон. Диум, обрадованный встречей с тетушкой, немедленно пересел к ней на руки.
Кристабель прикоснулась губами к щеке Эдеарда.
— Ты в порядке?
— Да. Но повторения сегодняшнего дня я бы не хотел.
— Этого никто не хочет.
— Ты еще не раздумала выходить за меня замуж?
— Нет, конечно. Так вот почему ты ее пригласил! — сказала она, указывая на настоятельницу.
— Нет, извини. Я решил восстановить законность и тем самым дать людям надежду. А сегодня им это особенно необходимо.
— Я тебя люблю, — прошептала она.
Матушка кашлянула, привлекая к себе внимание.
— Ты хотел видеть меня, Идущий-по-Воде?
— Да, матушка. Я надеюсь, вам сегодня придется провести обряд.
— Какой именно?
— Максен, по-моему, наш дорогой друг посоветовал тебе не тратить время зря.
—
Дибал хихикнул.
— Ты не хочешь кое-кого кое о чем попросить? — спокойно произнес Эдеард. — Прямо сейчас.
Максен ужаснулся.
— Ты, верно, шутишь, — пробормотал он, с трудом шевеля непослушными губами.
— Я Идущий-по-Воде и никогда не шучу.
Жители Сампалока уже собрали найденное добро и теперь явно намеревались посмотреть последний неожиданный акт представления, разыгравшегося в этот день на площади. Констебли тоже собрались в группы и поглядывали на друзей с нескрываемым интересом. Эдеард поднял руку. Из груды обломков взмыло вверх серебряное кольцо и, пролетев через площадь, приземлилось в его ладонь. Он торжественно преподнес кольцо Максену.
— Пожалуй, оно тебе понадобится.
— О Заступница. — Он взял кольцо и удивился, как много бриллиантов могло поместиться на такой маленькой вещице. — Ты думаешь?..
— Да, — кивнул Эдеард.
Максен набрал в грудь побольше воздуха и, шагнув к Кансин, опустился на одно колено.
— Кансин, рядом с тобой я стал счастливым человеком. Не окажешь ли мне честь, выйдя за меня замуж?
Он, вероятно, чувствовал себя ужасно неловко в присутствии многочисленных зрителей, но в выражении его лица ошибиться было невозможно.
