Избранные работы (сборник) полностью

В логической связи с этими, по сути, однако, в большей своей степени тактическими проблемами, находится проблема стратегическая, а потому, несомненно, еще более актуальная.

Для введения в нее нам представляется необходимым напомнить один из постулатов, подробно обоснованный в самом начале нашей работы.

Цель любого посягательства на доказательства состоит в принятии противостоящей стороной соответствующего интересам противодействующей стороны правового решения и/или удержания противостоящей стороны от принятия решений не соответствующих интересам стороны, оказывающей противодействие, также исключающих необходимость принятия и реализации этой стороной решений, ее интересам не отвечающим. И это – независимо от того, профессиональными или непрофессиональными субъектами уголовного процесса, и в какой бы из рассмотренных выше форм это посягательство осуществляется.

Сказанное всецело относится и к текущим процессуальным решениям, принимаемым органами уголовного преследования на предварительном следствии, и к решению о возбуждении против лица государственного обвинения, и, наконец, принимаемым в результате трансформации обвинения при судебном разбирательстве уголовного дела. Все они, эти решения, повторим, могут быть предопределенны теми или иными посягательствами на доказательства.

Чаще всего, посягательства на доказательства, совершаемые сотрудниками органов уголовного преследования, преследуют цель таким образом усилить его обоснованность, обоснованность обвинения против конкретного лица в совершении инкриминируемого ему преступления (трагические примеры чего мы приводили выше).

Однако следственная и судебная практика настоящего времени (и на это тоже уже нами обращалось внимание), что далеко не исключены ситуации, когда цели посягательств на доказательства со стороны этих лиц диаметрально противоположны, направлены на исключение ответственности лиц, изобличаемых в совершении преступления, отдельных соучастниками непосредственного его исполнителя. Наконец, как минимум, – на создание информации, позволяющей квалифицировать ими содеянное по более «мягким» статьям уголовного закона.

Причины подобных посягательств на доказательства со стороны лиц, осуществляющих уголовное преследование, в сущности, те же, что и для противоположной их направленности. Основной из них, разумеется, является коррупция [848] .

Иногда ими являются нежелание или неумение этих лиц раскрывать и расследовать преступления в полном объеме, ибо это, естественно, требует от них приложения значительных усилий, знаний и многомесячной, скрупулезной работы – легче, «не портя себе статистических показателей», ограничиться тем, что, скажем так, «лежит на поверхности».

Известны и случаи, когда при осознании следователем слабости доказательственной базы обвинения расследованные преступления квалифицировались по более «мягким» статьям УК, чем это требовалось, исходя объективно из материалов дела, лишь для того, чтобы оно подлежало рассмотрению в районном, а не в областном суде, и тем более, не допускали возможности его рассмотрения судом с участием присяжных заседателей.

А все это требует от лица, принимающего такое решение, соответствующей умышленной интерпретации собранного по делу материала. Она же представляет в таких случаях собой ни что иное как прямое или завуалированное посягательство на уже сформированные объективные доказательства (или которые могли бы быть сформированы на основе имеющейся по делу доказательственной информации).

Однако, если Уголовно-процессуальный закон содержит некий правовой механизм нейтрализации последствий таких посягательств на стадии предварительного расследования преступлений (в частности, ведомственный и прокурорский контроль и надзор), а криминалистика выработала систему рекомендаций в этом отношении, то этого нельзя сказать относительно наиболее ответственной стадии всего уголовного процесса – судебного производства по уголовному делу.

Мы имеем в виду практическое отсутствие какого-либо правого механизма реагирования суда первой инстанции на новые обстоятельства уголовного дела, ухудшающих положение подсудимого относительно решения, принятого органами уголовного преследования, об объеме предъявленного ему обвинения и квалификации его действий, позволяющего, тем самым, нейтрализовать последствия посягательств на доказательства.