(166) Затем посмотрите, чем каждый из нас предпочитал заниматься во время нашего пребывания там, пока мы сидели в Пелле. Я лично занимался тем, что разыскивал наших пленников и старался их выкупать, тратил на это свои личные деньги и ходатайствовал перед Филиппом об освобождении их за счет подарков, которые он нам предлагал. А что́ все время делал Эсхин, вы сейчас услышите. Какой смысл имело то, что Филипп предлагал деньги всем нам вместе? (167) Объясню, чтобы и оно было вам понятно: этим способом он испытывал всех нас. Каким образом? Пробовал он подсылать каждому в отдельности и предлагал, граждане афинские, даже большие суммы золота. Но так как со стороны кое-кого он потерпел неудачу (про себя самого мне нет надобности говорить, но поступки мои и дела сами это покажут), вот он и рассчитывал, что, если дать всем сообща, то все примут подарки попросту: в таком случае безопасность будет обеспечена для тех, которые продали себя поодиночке, раз мы все сообща хоть в малой степени примем участие в получении подарков. Вот причина, почему давалось это под видом подарков гостям. (168) Но так как я помешал, они опять-таки поделили между собой и их. Филиппу же, после того как я просил обратить эти деньги на выкуп пленных, было неудобно ни назвать их, если бы ответить, что «их получили такой-то и такой-то», ни уклониться от такого расхода122. Вот он и согласился, но отложил исполнение, сказав, что отошлет их на Панафинеи123. Читай показание Аполлофана, а затем остальных, кто там были.
(169) Давайте же я расскажу вам и о том, сколько пленных я сам выкупил. Да, за то время, пока мы находились в Пелле еще до прибытия Филиппа, некоторые из пленников, отпущенные на поруки, разуверившись, как мне кажется, в том, чтобы мне удалось убедить на этот счет Филиппа, заявили о своем желании самим выкупиться и не быть нисколько обязанными Филиппу. Они брали у меня взаймы деньги, кто три, кто пять мин, – каждый по мере того, сколько ему требовалось для выкупа. (170) Когда затем Филипп согласился отпустить остальных, я созвал тех, кому дал денег взаймы, и напомнив им, как было дело, чтобы у них не сложилось впечатления, будто они остались в проигрыше из-за торопливости и при всей своей бедности выкупились на свои собственные средства, тогда как остальные рассчитывают получить освобождение от Филиппа, я отдал им в подарок выкупные. В доказательство, что я говорю вам правду, прочитай-ка вот эти свидетельские показания.
(171) Итак, вот сколько денег я потратил и отдал в подарок нашим гражданам, оказавшимся в беде. Но этот человек, может быть, станет сейчас же говорить вам: «Как же ты, Демосфен, раз уже из моей поддержки Филократа, как ты говоришь, убедился, что наша деятельность не ведет ни к чему хорошему, все-таки участвовал в новом посольстве для принятия присяги и не отказался с клятвенным заверением?» Но я, как вы должны помнить, договорился с теми, для которых выхлопотал освобождение, что привезу выкупные деньги и по мере сил постараюсь их спасти124. (172) Ужасно было бы оказаться обманщиком и оставить без помощи людей в несчастном положении, своих сограждан. А если бы я отказался под присягой, было бы крайне неприлично да и небезопасно путешествовать туда в качестве частного лица. Ведь конечно, не будь у меня желания спасти тех людей, тогда совсем пропади я пропадом, если бы отправился в посольство вместе с ними, да еще захватив с собой весьма большие деньги. Вот доказательство: в третье посольство, хоть вы дважды меня избирали, я дважды под присягой отказался125. Да и в то путешествие я все время действовал против них. (173) И все дела во время посольства, которые я вел вполне самостоятельно, шли у вас вот так; те же, в которых одерживали верх они, имея за собой большинство, все потеряны. А между тем и все остальные могли бы кончиться одинаково успешно, как и те, если бы кое-кто слушался меня. Ведь не настолько же я жалкий и безумный человек, чтобы, с одной стороны, ради славы в ваших глазах давать свои деньги, видя, как другие получают, и, с другой стороны, чтобы не сочувствовать осуществлению таких дел, которые могли бы быть выполнены без всяких затрат и всему государству принести гораздо больше пользы. Разумеется, я не таков, граждане афинские. Но, как видно, эти люди были сильнее меня.
