Я брыкаюсь и заламываю мизинец незнакомцу, зажимающему мне рот - вместе со сладким хрустом раздается тихий, шипящий крик. Он ослабляет хватку, позволяя мне вырваться - я стараюсь подняться с земли за лотком и применить магию, но в следующую секунду передо мной вырастают двое моих преследователей, и один из них ударяет меня в лицо. Я поднимаю руки, глядя на одного из них - его глаза становятся огромными, и он падает передо мной на колени. В следующую же секунду меня ударяют по голове сзади, но я успеваю увидеть, как третий мужчина всаживает нож просвещенному в сердце.
Последняя моя мысль была на удивление оптимистичной. Если бы я могла, то улыбнулась бы мужчине, который занес свой кулак для удара. В конце концов, если мне суждено сегодня умереть, то я умру не наследной принцессой Лакнеса, а обычной, не самой везучей девушкой Селестой.
Селеста
Любовь -- это только повод для боли. И для того, чтобы приносить боль.
Грегори Галлоуэй. Простой как снег
- Убей ее уже.
- Ну да! Хочу я сам портить руки кровью наследной принцессы. И нашей будущей королевы, должен заметить.
- Ты идиот? Ты сам ее ударил и притащил сюда.
- Ударить и убить - не одно и то же, олух.
- Ага, а так, думаешь, королевская семья погладит тебя по головке? Убей ее!
- Еще чего! Сам убей.
- Тогда я заберу все деньги.
- Да пожалуйста. Я вообще не собирался во все это впутываться. А после смерти твоего братца я не хочу иметь с тобо ничего общего.
- Жертвуешь двумя тысячью весенцев? Ты точно полный идиот.
- Слушай, я здесь только потому, что твой брат вечно попадает в неприятности. Если вы решили вписаться в интрижки такого уровня - пожалуйста. Я же - обычный вор. И с меня хватит.
- Я убил своего брата, а значит, вполне могу убить и тебя.
- Не угрожай мне. Я не просвещен и мне не нужны твои деньги.
Этот разговор длится уже около пяти минут. Я лежу на холодном полу - уже не на земле - мои руки связаны, а на глаза надета повязка. Судя по всему, плащ с меня тоже стянули, но платье оставили нетронутым. Хоть какое-то уважение к их будущей королеве.
Моя голова болит так, как будто меня очень долго били ею о стену. Я стараюсь не шевелиться, чтобы избежать нежелательных ощущений, но у меня ничего не получается. Хоть кровь больше не течет.
- Эй, - хриплю я, - вы, недоумки.
Разговор стихает, и через несколько секунд самый боязливый неуверенно шепчет:
- Не надо с ней разговаривать. Вдруг она нас узнает потом?
- Какой же ты бестолковый, - раздраженно рявкает второй, - как она тебя узнает? У нее глаза завязаны. И лучше держись от нее подальше. Вдруг магия работает и без зрительного контакта...
Наступила короткая пауза, позволившая мне предположить, что оба мужчины от меня отдалились. Судя по запаху, я находилась в затхлом помещении, где давно никого не было - до сегодняшнего дня.
- Что вам от меня нужно?
Раздался озабоченный шепот, и смелый проговорил:
- Чтобы ты тихо умерла, принцесска.
- Послушайте, - выдохнула я, - кто бы вам ни заплатил, он скорее всего сделал это из чувства мести. Слепая война давно закончилась, сколько можно наказывать нас за грехи наших предков? Моя семья может заплатить вам в разы больше.
Тихий смешок был прерван ударом и возмущенным криком.
- Заткнись, - прошипел смелый, - сиди и молчи, а то убью тебя сейчас.
- А чего же ты медлишь?
Вряд ли задавать такой вопрос своему похитителю уместно, но если уж умирать, то лучше бы хотя бы знать за что.
- Деньги получим и убьем, - фыркнул трусишка.
- О, идиот всех идиотов, у тебя есть свойство помалкивать?
- Никакой я не идиот, - обиженно отозвался второй, - к тому же, она все равно умрет.
- Да, но это не значит...
Их перепалка была прервана яростным стуком. Раздался толчок, и оба похитителя двинулись в сторону двери.
Итак, надо собраться с мыслями и успокоиться. Я попыталась просунуть руки под пятками, но оказалось, что мои ноги привязаны к какому-то стулу.
- Идиоты, - пробормотала я.
Кто вообще нанимает таких недоумков?
Ладно, надо сосредоточиться. Я смастерила бессчетное количество ловушек и знала, как выбраться из каждой из них. Мне всего лишь надо примерить на себя роль жертвы.
Превозмогая головную боль, я начала усиленно тереться виском о пол, чтобы хоть немного сдвинуть повязку. Она была завязана так крепко, что я не чувствовала своих глаз. У меня нет лишнего времени. Я начала тереться сильнее, причиняя себе боль, но повязка не сдвинулась ни на миллиметр. Вместо этого я почувствовала что-то теплое, стекающее по лицу - видимо, открылась рана.
Просто замечательно.
Раздался хлопок и торопливые шаги. Почувствовав чью-то руку на своем плече, я вскрикнула и дернулась в сторону. Черт возьми, я буду бороться до последнего. Ни за что не умру безвольной трусихой, которая в свои последние минуты жалобно молила о пощаде.
- Селеста, это я...Господи, Селеста...
Габриэль?!
Он осторожно снял с моих глаз повязку. Дождавшись, пока перед глазами перестанут плясать разноцветные точки, я вгляделась в его бледное, перепуганное лицо.
- Что ты здесь делаешь?
