Российское уголовное законодательство не знает самостоятельного состава преступления – страховое мошенничество. Поэтому обманы относительно наличия страхового случая или размера страховой суммы (ст. 942 ГК), повлекшие противоправное завладение чужим имуществом, квалифицируются как обычное мошенничество.
Ранее уже упоминалось, что в начале 90-х годов в Российской Федерации наблюдалась волна хищений государственных денежных средств с помощью фальшивых банковских авизо. Суть преступлений состояла в том, что в расчетно-кассовые центры (РКЦ), являющиеся подразделениями Центрального банка РФ на местах, направлялись поддельные банковские авизо о якобы произведенном перечислении крупной денежной суммы фирмой-поставщиком фирме-получателю. Работники РКЦ, а также банка-получателя, не обнаружив признаков подделки либо зная о мошенничестве, но способствуя ему, зачисляли на корреспондентский счет банка, где находится расчетный счет фирмы-получателя. Банк после получения соответствующего уведомления зачислял деньги на расчетный счет фирмы-получателя, руководитель которой, являясь участником хищения, получал возможность использовать эти средства.[711]
При обмане относительно оснований получения имущества нередко используются документы, подделанные или самим мошенником или кем-либо по его просьбе. В таких случаях мошенник должен нести ответственность не только за само мошенничество по ст. 159 УК, но и за подделку документов (ст. 327 УК) или за подстрекательство к подделке документов (ч. 4 ст. 33 и ст. 327 УК). Использование поддельных документов само по себе дополнительной квалификации не требует, поскольку является способом обмана относительно оснований получения имущества.
Широко распространен в настоящее время мошеннический обман в намерениях, когда виновный вводит в заблуждение потерпевшего относительно своих действительных намерений. Таким обманом считаются действия, например, когда лицо получает от потерпевшего деньги, обещая оказать определенную услугу, выполнить работу, берет имущество в прокат, заверяя, что вернет в условленное время, в долг, при получении кредита и т. п., хотя фактически не имеет намерения ни выполнить работу или услугу, ни возвращать вещь, ни погашать долг.
Так, Б. лично и через посредника заключал устные и письменные договоры с частными лицами и представителями организаций на поставку сахарного песка и гречневой крупы. Полученные крупные суммы денег он тратил на личные нужды. В связи с неоднократными требованиями некоторым частным лицам и предприятиям деньги были возвращены за счет средств, полученных от других лиц и предприятий аналогичным образом. Судебная коллегия Верховного Суда РФ прекратила дело за отсутствием состава преступления в действиях Б., считая, что между ним и другими лицами существовали гражданско-правовые отношения и за невыполнение договоров он должен нести гражданско-правовую ответственность. Президиум Верховного Суда РФ не согласился с таки решением. Б. нигде не работал, вел праздный образ жизни, реальной возможности поставить сахарный песок и крупу не имел, при составлении договора использовал данные о несуществующем кооперативе. Часть денег возвратил только «под сильным давлением» за счет средств, полученных от других обманутых потерпевших. При таких обстоятельствах Президиум Верховного суда РФ счел доказанным умысел на хищение путем мошенничества.[712]
Типичными и распространенными случаями мошенничества, связанного с обманом в намерениях, являются хищения с использованием фиктивно созданных предприятий (лжепредприятий), от имени которых мошенники заключают договоры на изготовление или поставку различной продукции, получают товары или денежные средства в кредит и т. п.
Бывший российский гражданин М. через сотрудника американской телекомпании оформил в США учредительные документы на открытие корпорации. Выдавая себя за вице-президента крупной фирмы, располагавшей значительным капиталом, он заключал с российскими предприятиями под видом внешнеторговых сделок договоры на поставку компьютерной техники, заведомо не намереваясь выполнить условия этих соглашений, добивался поступления на счета созданной им фирмы денежных перечислений в качестве предварительной оплаты по договорам, полученные средства тратил на личные нужды.[713]
В. Д. Ларичев следующим образом представляет этапы совершения мошеннических действий с использованием лжепредприятий: 1) создается (регистрируется) предприятие, руководители которого фактически не собираются заниматься соответствующей предпринимательской деятельностью; 2) это предприятие помещает объявление в средствах массовой информации о возможности продажи различных товаров с незначительным сроком поставки, более низких ценах или других преимуществах; 3) на объявление откликаются фирмы, и заключается договор купли-продажи с предоплатой или авансом; 4) поступившие денежные средства снимаются и присваиваются, после чего преступники скрываются.[714]
