Представляется, что решение проблемы может быть осуществлено на основе тех подходов, которые были намечены в работе 1998 г. Суть сводится к следующему. Поскольку и административное правонарушение, и преступление – это акты волевого виновного поведения (действие или бездействие), то субъектами такого поведения могут быть только физические лица, а вот нести ответственность при определенных условиях за их поведение и наряду с ними могут и юридические лица. Таким образом, ключ к решению проблемы – разграничение в таких случаях субъекта правонарушения (преступления) и субъекта ответственности и определение условий, при которых юридическое лицо будет нести ответственность (административную или уголовную) за действие (бездействие) того или иного субъекта – физического лица.
Это решение реализовано в законодательстве некоторых стран. Так, в ст. 1–2 Уголовного кодекса Австралии сказано следующее: «Если физический элемент преступления осуществлен служащим, агентом или чиновником корпорации, действующим в пределах фактической или очевидной сферы его или ее служебных обязанностей, либо фактической или очевидной сферы его или ее компетенции, то такой физический элемент должен быть приписан (выделено мной. – Б. В.) данной корпорации». При этом физическим элементом преступления Кодекс считает определенное поведение, его результат и обстоятельства осуществления (ст. 4.1), т. е., иначе говоря, объективную сторону преступления. Что же касается вины, то согласно ч. 1 ст. 12.3 УК Австралии, «если умысел, преступное знание или неосторожность являются элементом вины применительно к физическому элементу преступления, то такой элемент вины должен быть приписан (выделено мной. – Б. В.) корпорации, которая явно, молчаливо или косвенно разрешила или уполномочила на совершение этого преступления» (см.: Уголовный кодекс Австралии 1995 г. / Пер. с англ. Е. Н. Трикоз. СПб., 2002. С. 90–91).
