Заслуживает внимания то, что из 221 состава, предусмотренного сейчас в Особенной части УК РСФСР 1960 г., 56, т. е. 25,4 %, допускают возможность применения штрафа (а с учетом частей одной и той же статьи 60 составов). При этом в 19 случаях – до 50 руб., в 23 случаях – до 100 руб., в 11 – до 300 руб. и в 5 – свыше 300 руб. Следует также для сравнения учесть, что вычеты при осуждении к одному году исправительных работ с удержанием 20 % при заработке 100 руб. в месяц, составляют 240 руб., при заработке в 200 руб. – 480 руб., а такие наказания применяются сравнительно часто. Мы полагаем, что расширение применения штрафов за счет сокращения применения краткосрочного лишения свободы способно повысить эффективность системы наказаний.
Как известно, применение штрафа всегда вызывало возражения. Против штрафа высказывались все считавшие, что наказание должно быть возмездием за вину. Но и те, кто так не считал, во многих случаях полагали, что штраф иногда более вреден, чем лишение свободы, так как лица, совершившие мелкие деликты, часто не могут уплатить штраф, а это ведет к социальному неравенству, поскольку имущие платят штраф, а неимущие отбывают наказание лишением свободы. Указывалось также на то, что шок при краткосрочном лишении свободы, например для алкоголиков, является более эффективным.
Однако упоминавшаяся выше новая шведская система и система, рекомендуемая контрпроектом в ФРГ, так называемая Tagesbussensystem, способна уничтожить это неравенство. Она для этого достаточно эластична.
Вопрос о шоке спорен. Путем сравнения процента рецидива некоторые авторы пытаются доказать, что наименьший рецидив имеет место при применении штрафа. Так, Штеннер для ФРГ приводит следующие данные о рецидиве в отношении лиц, к которым были применены различные наказания.[771]
Несмотря на то, что мы также считаем штраф целесообразной мерой наказания, представляется, что более низкий процент рецидива при применении штрафа объясняется не его достоинствами, а различным контингентом лиц и деяний, к которым и за которые он применяется.
Г. Исправительные работы без лишения свободы – наказание теоретически более эффективное, чем штраф, так как в нем должно соединяться устрашение, связанное со значительным материальным ущербом, с воспитательным общественным воздействием. А. Шарипов прав, когда он пишет, что «исправительные работы без лишения свободы – весьма эффективный вид наказания», однако он прав и тогда, когда указывает, что эффективность меры наказания в виде исправительных работ без лишения свободы снижается в результате неправильного осуществления этого наказания на практике.[772] Большая по сравнению со штрафом эффективность исправительных работ связана с воспитательным воздействием коллектива, а если это воспитательное воздействие отсутствует, то исправительные работы сводятся к тому же «штрафу в рассрочку платежа».
Эффективность исправительных работ, штрафа и других подобных мер нельзя оценивать, как это иногда делается, только по уровню рецидива среди лиц, отбывших эту меру наказания. При таком подходе нетрудно прийти к выводу, что исправительные работы, штраф и отдача на поруки эффективнее долгосрочного лишения свободы, так как процент рецидива среди лиц, осужденных к этим мерам наказания, ниже. Однако это объясняется вовсе не большей их эффективностью, а контингентом лиц, осужденных к различным наказаниям. Ясно, что к долгосрочному лишению свободы осуждаются лица, совершившие более тяжкие преступления, и более стойкие преступники, поэтому и рецидив среди них выше. При оценке эффективности следует также учитывать не только рецидив, но и общепревентивное влияние.
Д. С этих позиций следует рассмотреть и вопрос об эффективности условно-досрочного освобождения. Эффективность этого института также следует оценивать в зависимости от тех целей, которые стоят перед наказанием. Если считать, что наказание имеет целью возмездие, что это возмездие должно соответствовать содеянному или если исходить из того, что наказание должно только устрашать и притом в первую очередь окружающих, т. е. считать основной целью наказания общее предупреждение, то осужденный должен полностью отбывать назначенный ему срок и вообще не следует допускать никакого условно-досрочного освобождения. Если же исходить из того, что наказание имеет одной из своих важнейших целей специальное предупреждение, т. е. исправление и ресоциализацию осужденного, то тогда мы придем к выводу, что следует создавать максимально возможные стимулы для такого исправления и что одним из самых мощных подобных стимулов является возможность досрочного освобождения.
