Неоднократно указывалось на то, что лишение свободы не должно занимать господствующее место в системе мер наказания в социалистическом обществе. В Программе, принятой VIII съездом партии в марте 1919 г., говорилось о замене лишения свободы обязательным трудом с сохранением свободы.
Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 3 декабря 1962 г. указал, что суды, «…не допуская послабления опасным преступникам и рецидивистам, должны до конца преодолеть недооценку предупредительного и воспитательного значения применения мер наказания, не связанных с лишением свободы в отношении лиц, совершивших менее опасные преступления».[767]
Как видно из приведенных выше таблиц, на протяжении многих лет безусловное лишение свободы занимало не более 25–30 % среди всех мер, принятых судами к осужденным. В постановлении ЦИК и СНК РСФСР от 26 марта 1928 г. «О карательной политике и состоянии мест заключения», где отмечались недостатки в деятельности судов и в постановке карательно-исправительной системы, признавался крупным недочетом «чрезвычайный рост числа осужденных, в особенности значительное увеличение за последние годы осужденных к лишению свободы на короткие сроки: недостаточное в связи с этим применение судами иных мер социальной защиты вместо лишения свободы». В результате принятых мер в последующие годы применение лишения свободы резко сократилось. Однако уже непосредственно перед войной (как результат действия Указов от 26 июня 1940 г. и 10 августа 1940 г.), в военные годы и в послевоенный период лишение свободы стало занимать первое место и доходило почти до 70 %.
Между тем большое относительное место лишения свободы среди других мер наказания отражается на его эффективности. Как мы писали выше, одной из важнейших целей в борьбе с преступностью является ресоциализация. Применяя наказание, следует учитывать возможности ресоциализации осужденного и наилучшие для этого пути. Места лишения свободы должны готовить осужденного к выходу на свободу.
Конечно, наказание вообще и лишение свободы в частности не может пока ориентироваться только на специальное предупреждение и тем более только на ресоциализацию. Для этого еще не созданы ни объективные, ни субъективные предпосылки, которые могли бы полностью обеспечивать возможность только такой направленности наказания. При применении лишения свободы необходимо учитывать и другие его стороны, обеспечивающие общество от преступлений, – изоляцию преступников и устрашение. Имеется известное количество лиц, которых практически не исправляют и в отношении которых следует применять какие-то меры, чтобы обезопасить от них общество. Однако в отношении подавляющего большинства осужденных к лишению свободы нужна не индивидуализация устрашения, а индивидуализация воспитания, и поэтому дифференциация мест лишения свободы и режимов, различные структурные деления осужденных к лишению свободы на группы должны иметь в своей основе не только устрашение (дифференциация режимов по объему прав, переписки, передач, свиданий и т. п.), а в первую очередь направленность воспитательного процесса. Хулиган и взяточник, умышленный убийца и нарушитель правил движения на транспорте, результатом чего явилось неосторожное причинение кому-либо смерти, нуждаются в различных методах воспитания.
При применении наказания лишением свободы общепревентивный характер наказания определяется сроком, на который наказание назначается. Сама угроза лишением свободы воздействует устрашающе, а режим и учреждение, где лишение свободы отбывается, имеет для этого лишь дополнительное значение. При отбытии наказания и в первую очередь наказания лишением свободы на первое место выступают задачи ресоциализации, исправления (в широком смысле этого слова) осужденного, т. е. задачи специального предупреждения. Задача общего предупреждения и здесь не снимается и выражается, в частности, в том, что наказание во многих случаях должно быть отбыто, даже если рецидив может быть заранее исключен, даже при констатации, что осужденный не представляет более общественной опасности, он не всегда может быть освобожден, но это не основное в отбытии наказания, а лишь отдельные и частные случаи. Основная же задача лишения свободы заключается в исправлении осужденного и изоляции его от общества.
Исходя из того, что не существуют прирожденные неисправимые преступники, основной и достижимой задачей наказания является ресоциализация, т. е. исправление и перевоспитание. Именно поэтому советское уголовное право отказалось от пожизненного и очень длительного лишения свободы.
Теми достоинствами, которыми обладает лишение свободы на достаточно длительные сроки, не обладают другие меры наказания, они не способны ни столь устрашающе действовать, ни воспитывать теми методами, которые доступны в отношении лиц, осужденных к длительному лишению свободы.
