Абонданато сделал свой выбор. И теперь пришло время заплатить. Трейс — любовь всей его жизни, но пока она рядом с ним, враги его семьи становятся и ее врагами. Единственный шанс спасти ее жизнь — заставить весь мир поверить, что она ничего не значит для него. Трейси Рукс влюбилась в заклятого противника ее семьи, но она знает, что ничто в этом мире не сможет разлучить их. Но Никсон неожиданно отталкивает ее, прямо в объятья его лучшего друга. Тем не менее Трейси не готова отказаться от будущего с Никсоном, и если он не хочет бороться за него, она будет. В конце концов нужно будет принести жертву. Жизнь за жизнь. Лучший способ покрыть множество грехов, это пролить кровь большего грешника…
Внимание!
Оригинальное название:
Rachel Van Dyken — Elect, 2013
Рэйчел Ван Дайкен — Избранный, 2016
Серия книг: Игл-Элит № 2
Переводчики: Milena K. и Наталья Синютина
Редактор: Наталья Синютина
Оформитель: Milena K.
Переведено для групп:
https://vk.com/rachel_van_dyken_vk
https://vk.com/milenak_official
Я спрятался в тени, надеясь, что он не заметит меня. Он снова ударил маму. Он обещал перестать пить, но не сдержал обещания.
— Тупая сука! Ты виделась с ним сегодня! Думала, я не узнаю?!
— Нет, я не виделась с ним. — мама попыталась дотянуться до руки отца, но он толкнул ее и ударил ногой в живот.
В страхе я оглядел комнату. Чейз был рядом со мной. Он так сильно сжал мою руку, что она побелела. Мы были беспомощны, я перевел взгляд на дядю Тони. Он лишь покачал головой, стоя в углу комнаты и бесчувственно взирая на происходящее. «Он хочет, чтобы я бездействовал и просто смотрел, как мой отец убивает мою маму? Разве мужчины не должны защищать тех, кого любят?» — мои ноздри раздулись от возмущения и вспыхнувшего гнева.
Вдруг я услышал еще один крик, затем звук бьющегося стекла. Я развернулся именно в тот момент, когда мама упала на землю. Все ее лицо было в крови.
— Мама! — я подбежал, оттолкнув отца в сторону.
«Я должен спасти ее. Я должен защитить ее».
— Мама!
— Никсон, — кто-то протянул руку, чтобы остановить меня, — не надо.
Я посмотрел в грустные глаза Чейза.
— Я должен спасти ее.
— Ты не можешь.
— Я могу. Я должен…
— Никсон, ты мой лучший друг, единственный во всем мире, но папа сказал, если ты опять рассердишь своего отца, он просто переключиться на тебя. Единственный вариант — это просто переждать, пока он успокоится.
— Но… — я снова посмотрел на маму. Она лишь слегка кивнула мне, прежде чем отец снова ударил ее по лицу. Ее голова сильно ударилась о землю, и веки закрылись. Я не отрывал взгляда от ее губ, хотел узнать, дышит ли она еще.
Ее грудь поднималась и снова опускалась. Жива. Она была жива. Парализованный страхом, я не отрывал от нее взгляда, считая каждую секунду бесценной. Чтобы она не стала для нее последней.
— Никсон, давай. — Чейз потянул меня за руку на улицу.
Как только мои ноги коснулись земли, я побежал. Я бежал, пока не увидел дерево на краю нашей собственности.
— Никсон. — Чейз, запыхавшись, стоял позади меня. — Никсон, мне жаль. Мне так жаль.
Я кивнул. Я понимал, что Чейз прав. Но настанет день, и я собственноручно убью своего отца за то, что он сделал с моей мамой.
Чейз положил руку мне на плечо.
— Давай заключим пакт.
— Пакт? — я всхлипнул и повернулся к нему лицом. — Что за пакт?
— Один, навсегда. Поклянемся защищать людей, а не причинять им боль.
— Как именно?
Я заинтересовался: «Защищать других людей. Что если я смогу спасти каждого?»
— Мы сделаем это вместе. — Чейз достал из кармана нож и разрезал себе ладонь. Затем кивнул мне, чтобы я сделал то же самое. — Кровные братья. Мы клянемся никогда не причинять боль друг другу и защищать таких, как твоя мама.
— Как? — я смотрел на капли крови, стекающие с моей ладони.
— Правила. — Чейз пожал плечами. — Они обеспечивают безопасность. Ну, так, по крайней мере, говорит моя мама. — он улыбнулся. — Мы придумаем правила и создадим собственный клуб. Нам не придется слушать других, только самих себя.
Мне понравилось. Я прикусил нижнюю губу.
— Как мы назовемся?
— «Выбранные»? — предложил Чейз.
— Нет, это звучит скучно. Мы должны называться могущественнее остальных.
— «Избранные». Давай называть себя «избранные»?
В конце концов, это имело смысл. Мы сами выбирали свой путь. Никому не подчинялись. Мы были такими.
— Кто еще может присоединиться к нам?
— Текс и Феникс. Они захотят. Можем мы присоединить их?
— Да. — Чейз приложил свою руку к моей, и наша кровь смешалась. — Нет пути назад.
— Нет пути назад.
Я прижал руки к своим вискам, отгоняя воспоминания прочь. Действительно ли это так? Даже спустя столько лет они все еще были вместе?
