Розалинда: Самое печальное, что те мужчины, которые способны меня заинтересовать, мне абсолютно не ровня. Ах, будь я нищенкой, я подалась бы на подмостки — там самое место таким, как я.
Сесилия: Да, там бы тебе хоть деньги платили за твои многочисленные спектакли.
Розалинда: Иногда, будучи особенно ослепительной, я думаю: и почему все это должно быть растрачено на одного-единственного мужчину?
Сесилия: Частенько, когда ты особенно не в духе, я думаю: и почему все это должно быть растрачено на одну-единственную семью?
Розалинда: Милая моя девочка, таких мужчин не бывает. Мужчинам неведомо, что такое настоящий гнев или настоящая радость, а те, кому это известно, быстро выдыхаются.
Сесилия: Как же хорошо, что у меня нет твоих страхов, — ведь я помолвлена.
Розалинда
Сесилия: Ты же не расскажешь ей, потому что я тоже кое-что могу о тебе порассказать, и потом, тебе самолюбие не позволит.
Розалинда
Сесилия: Плоская острота, пока, дорогуша. Я еще вернусь!
Розалинда: Конечно, приходи обязательно. Без тебя ну как без рук.
Сесилия уходит. Розалинда заканчивает укладывать волосы и встает, мурлыкая какую-то мелодию. Она выпрямляется перед зеркалом и начинает пританцовывать. Ног ей не видно, она смотрит своему отражению в глаза, которые всегда остаются серьезными, даже когда она улыбается.
Внезапно дверь отворяется и захлопывается за привлекательным молодым человеком с правильным, романтическим профилем; заметив ее, вошедший бледнеет от смущения.
Он: О, простите, я думал…
Она
Он
Она: Я буду звать вас Эймори. О, входите, прошу вас, мама вот-вот будет здесь,
Он
Она: Земля, куда не ступала нога мужчины.
Он: Так это здесь вы… э-э-э…
Неловкая заминка.
Она: Да-да, все тут.
Он: Я и не догадывался, что вы такая.
Она: А чего вы ожидали?
Он: Я думал, что вы ну совсем не женственная — плаваете, играете в гольф.
Она: А я плаваю и играю, только не в рабочее время.
Он: Бизнес?
Она: Строго с шести до двух.
Он: Я бы приобрел пакет акций вашей корпорации.
Она: О, это не корпорация, просто акционерное общество «Розалинда анлимитед» — пятьдесят один процент акций, репутация, хороший основной капитал и двадцать пять тысяч долларов годового дохода.
Он
Она: Видите ли, Эймори, — вы ведь не против, да? Если когда-нибудь мне встретится мужчина, с которым я не умру со скуки спустя две недели, возможно, с ним я стану иной.
Он: Странно, ваше мнение о мужчинах совершенно совпадает с моим мнением о женщинах.
Она: Я и вправду не очень женственна. У меня мужской ум.
Он
Она: Нет, ваша очередь. Вы заставили меня рассказывать о себе, это против правил.
Он: Каких?
Она: Моих собственных… Но вы — ах, Эймори, я слышала, что вы блестящий молодой человек. Семейство возлагает на вас большие надежды.
Он: Это воодушевляет.
Она: Алек сказал, что вы научили его мыслить. Я и не надеялась, что кому-то это удастся.
Он: Нет, вообще-то я редкий тугодум.
Она: Лгун!
Он: Я… я набожен, у меня литературные способности, я даже… я даже стихи писал.
Она: Верлибры? Изумительно!
Декламирует
Он
Она: Вы мне нравитесь.
Он: Не надо.
Она: Каков скромник.
Он: Я вас боюсь. Я всегда боюсь девушек, которых еще не целовал.
Она
Он: Стало быть, я всегда буду бояться вас.
Она
Недолгая пауза.
Он