– Не торопись ты, ничего страшного,- прошипел он.- Успокойся, пожалуйста … Ты так дрожишь, что любой дурак догадается.
– Он идет за нами.
Герд посмотрел, скосив глаза, Человек в шляпе как бы нехотя шагал вслед, оттопырив кулаками карманы широченных штанов. Ботинки его ощутимо чавкали.
– Он идет по своим делам,- напряженно сказал Герд,- Не бойся, мы ничем, не отличаемся. Брат и сестра ищут работу – таких много … Они свернули, и человек свернул за ними.
– Вот в-видишь,- сказала Кикимора.- Теперь мы п-попадемся …
– Помолчи!
Он втащил ее в узкий переулочек. Потом в другой, в третий. На продавленных тропинках стояла черная вода. Яблони смыкались, бросая темь. Рушились крупные, холодные капли. Они выбрались на улицу, стиснутую акациями. За кустами раздавалось мерное – чмок . . . чмок . . . Кикимора дрожала …
Герд вдруг увидел – зеленая калитка. И дом из белого кирпича. Горячо толкнуло сердце.
– Б-бежим сюда,- сказала Кикимора.
Калитка заскрипела неожиданно громко. На весь город. Во дворе женщина стирала в тазу. Увидела их – мыльными, красными руками взялась за щеки.
– Боже мой.
– Вы не дадите нам чего-нибудь поесть. Пожалуйста,- неловко сказал Герд.- Мы с сестрой идем из Маунт-Бейл, нас затопило.
Женщина молчала, переводя растерянные глаза с него на Кикимору.
– Чмок . . . чмок …
– Извините,- сказал Герд и повернулся, чтобы уйти.
– Куда вы?- шепотом сказала женщина. Оттолкнув его, закрыла калитку. Настороженно оглядела пустую улицу.- Пойдемте,- провела в дом, тщательно задернула окна.- Посидите здесь, только не выходите – упаси бог . . .
Загремела чем-то на кухне.
– Мне тут не нравится,- тихо сказала Кикимора.
– Можешь идти, куда хочешь,- сквозь зубы ответил Герд.- Что ты ко мне привязалась, я тебя не держу.- Сел и сморщился, взявшись за колено.
– Болит?- Кикимора положила на колено морщинистые, коричневые пальцы.- Жаль, что я тогда сразу не посмотрела ногу: у тебя кровь так текла – я испугалась. Честное слово, я завтра сращу кость, я уже смогу . . .
Она нашла его, когда Герд лежал на склоне, мокрый и обессилевший. Отыскала пещеру и затянула ему рану на боку, потеряв сознание к концу сеанса. Трете суток она кормила его кисло-сладкими, пахнущими сырой землей луковицами, где только выкапывала?- пока он не смог ходить. Он бы погиб без нее.
В пещере он увидел и этот городок, и дом, и даже эту комнату: чистые обои, красная герань на окнах.
– Ты бы все-таки шла на юг,- сказал он.- Вдвоем труднее, и мы слишком разные . . .
– Не надо,- попросила она.
Вернулась женщина, сунула им теплые миски и по ломтю хлеба:-Ешьте,- сгибом пальца -провела по влажным глазам.
Суп был фасолевый, с мясом. Челюсти сводило – до чего вкусный суп. Герд мгновенно опорожнил миску. Хлеб он есть не стал, а положил в карман. Мало ли что.
– Как там в Маунт-Бейл?- спросила женщина.
– Все разрушено.
Женщина вздохнула.
– Господи, какие времена … Ну – бог вас простит.- Подняла руку, чтобы перекрестить, сдержалась, и рука повисла в воздухе.
Кикимора судорожно поправила расползающуюся дужку очков. Проволока пока держалась, где Герд связал. Счастье, что завернули на ту помойку. Хорошие очки – большие, дымчатые, закрывают половину лица.
– Вы нам поможете?- напрямик сказал он.- Нам некуда идти. Ведь это «станция»?
Женщина откинулась и прижала пальцами испуганный рот. Тяжело заскрипели половицы. Плотный мужчина в брезентовом комбинезоне вошел в комнату, сел, положил на стол темные, земляные руки. По тому, как он делал, чувствовалось – хозяин.
– Ну?- Спросил неприязненно.
– Мне говорил о вас Карл Альцов,- сказал Герд.
Эту ложь он придумал заранее.
– Какой Альцов?
Герд объяснил.
– Не знаю такого,- отрезал хозяин.
– Вы из «подземной железной дороги»,- сказал Герд.- Я это точно знаю. Вы спасаете таких, как мы . . .
– Да ты, парень, бредишь.
Кикимора под столом толкнула его ногой – пошли, мол.
– Ладно,- сказал Герд, пытаясь говорить спокойно.- Значит, вы не «проводник»? Ладно. Тогда мы уйдем. Но сперва я позову «братьев». Сюда. Пусть окропят святой водой .. . Вам бояться нечего…
– Господи боже мой!..- ахнула женщина.
Бессильно опустилась на стул.
– Цыть!- сказал ей хозяин. Раздул круглые ноздри.- Ну-ка выйди, посмотри – там, вокруг.
– Они – что придумали …
– Выйди, говорю! Если заявится этот . . . заверни его. Как хочешь, а чтобы духу не было!
Женщина послушно поднялась.
– Сын у меня записался в «братья»,- как бы между прочим сообщил хозяин.- Револьвер купил, свечей килограмм – сопляк . . . Так что далеко ходить не надо.- Вдруг, протянув руку, сорвал с Кикиморы очки, бросил на стол. Оправа переломилась. Кикимора вскрикнула и закрыла ладонями круглые фасеточные глаза.
– Ну. Кого ты позовешь, парень?
Герд молчал. Смотрел ему в лицо. Неприветливое было лицо. Чугунное. Как утюг.
– Когда сюда шли, видел вас кто-нибудь?- спросил хозяин.
– Видел,- Герд описал человека в шляпе.
– Плохо. Это брат Гупий – самый у них вредный.
