Заканчивая второй том «Возвращение в Эдем», читатели с грустью расставались с любимыми героями романа и одноименного телесериала.Открывая книгу Патриции Хилсбург «Изгнание из Эдема», вы сможете вновь встретиться с полюбившимися героями.Телесериал по одноименному роману Патриции Хилсбург с успехом прошел по Австралии, Америке, Европе. Для русского читателя есть возможность ощутить прелесть остроты сюжета, динамику развития характеров до просмотра одноименного телесериала.
После той злополучной ссоры в поместье матери Деннис Харпер покинул Эдем. Стефания даже не пыталась удержать сына, понимая, что Денниса остановить не удастся. Было сказано столько много злых и обидных слов, что примирение оказалось невозможным.
Деннис, охваченный противоречивыми чувствами, уходил из Эдема. Он еще сам не решил, куда пойдет и где остановится. Почти год он работал в Африке пилотом почтового самолета, но потом, по причинам, не зависящим от него, вернулся в Австралию. Здесь судьба свела его с Робертом Халингеном. У них было много общего. Но самое главное, что их связывало — страсть к авантюрам и неудержимое желание утвердиться в этом мире.
Денниса Харпера буквально тянуло к этому немногословному мужчине. Их дружбе не мешала даже разница в возрасте и происхождении.
Наконец-то Сильвия Бертран добралась до этого места. Правда, ей пришлось очень долго колесить на машине, одолженной у приятельницы, по окраинам Сиднея. Это место посоветовал ей один старый скульптор. Он иногда бывал здесь, собирая кое-какие детали для своих скульптур. Сильвия, держа в руках бумажку, на которой был начерчен план местности, свернула с автострады и поехала по узкой бетонной дороге.
Огромная автомобильная свалка открылась ее взору. Казалось, что чья-то щедрая рука собрала все искореженные и изломанные автомобили и свалила их в одно место.
Металл ржавел, краска облущивалась, и все это место показалось Сильвии таинственным и загадочным царством ржавого металла, царством брошенных автомобилей.
Девушка оставила свою машину у самого начала свалки. Она закрыла дверь, забросила на плечо сумку и двинулась, блуждая среди никому не нужных обломков, к небольшому зданию, стоящему метрах в семистах от входа.
Небо было чистое, и силуэт Сиднея казался нереальным, настолько четкими были его линии. Он тянулся белой изломанной полосой вдоль лазурного побережья океана.
Над свалкой кричали и кружили птицы. Девушка, изумленно оглядываясь по сторонам, двигалась по свалке.
«Боже! Сколько их здесь! Никогда мне не доводилось видеть такого количества разбитых машин! Это сколько же должно было случиться аварий, чтобы привести в негодность такое количество автомобилей! А может, это просто богатые хозяева побросали свои автомобили и купили себе новые, более шикарные, более современные модели».
Девушка засматривалась на свое отражение в целых ветровых стеклах, иногда приостанавливалась и заглядывала в маленькие зеркальца, которые поблескивали тут и там в ржавых грудах металла.
«Странно, — подумала девушка, — а вот стекло не ржавеет и может тысячи лет отражать солнечный свет. Может когда-нибудь, через сто лет, какая-то другая девушка будет брести по этой свалке и заглядывать в эти маленькие зеркала и видеть свое счастливое или грустное лицо».
Сильвии Бертран уже давно не везло. Сколько ни пыталась она стать известной, прославиться — это ей так и не удавалось. Правда, многие хвалили ее работы, но эти похвалы были какие-то прохладные, неискренние… Да Сильвия и сама понимала, что ее талант нельзя назвать выдающимся… Единственное, что ее как-то выделяло из многочисленных художников, наводнивших Сидней, это оригинальное мышление и то, что она, женщина, занимается конструкциями из металла.
Она, конечно, пробовала идти проторенными путями, писать небольшие пейзажи с видами Австралии, продавать их заезжим многочисленным туристам. Но ее пейзажи не пользовались особой популярностью.
И Сильвия, уже в который раз меняла свое амплуа. Она занялась огромными конструкциями из металла. А листовой металл она решила взять на свалке брошенных автомобилей.
Вот поэтому она и была здесь.
Первые ее работы из металла ни на кого из знакомых не произвели должного впечатления. О них отзывались слишком уж прохладно, как показалось Сильвии. Она подумала, что искусствоведов смутило то, что ее скульптуры были выполнены из обыкновенных листов жести и они не несли никаких других ассоциаций, кроме привычных.
