Еще в Париже они спросили Мартена, хочет ли он поехать вместе с ними на место происшествия и посмотреть, как машину будут вытаскивать из воды. Истинная причина этого приглашения была очевидна: избавить Надин от жуткой процедуры опознания. А вот почему они взяли его с собой в обратный путь в Париж, Мартен не догадывался. Ведь Ленар мог отправить его на любой патрульной машине.
Опустошенный и потрясенный, Николас смотрел в окно. Когда в восемь утра приятеля все еще не было дома, он предпринял еще несколько попыток дозвониться на его сотовый телефон, но по-прежнему безрезультатно. Спустя час Мартен решил обратиться в полицейское управление, предположив, что Форд мог отправиться прямиком туда на встречу с Ленаром и Коваленко, и услышал, что оба в данный момент едут на улицу Дофин. Он сразу же понял, что это может означать, и постарался подготовить Надин. Женщина держалась мужественно и спокойно. Она не стала биться в истерике, просто позвонила своим брату и сестре, которые жили по соседству, и попросила их прийти к ней.
В то недолгое, наполненное напряжением время, которое осталось до приезда полицейских, у Мартена хватило самообладания и здравого смысла для того, чтобы вспомнить о записной книжке Хэллидея и передать ее Надин с просьбой спрятать понадежнее. Она сделала это буквально за минуту до звонка в дверь.
Когда они приехали на место происшествия, там уже находились несколько полицейских машин, фургон, на котором прибыла команда водолазов, и большой автокран. Ленар, Коваленко и Мартен вышли из машины и отправились на берег. Они молча наблюдали за тем, как двое водолазов закрепили крюк к чему-то, что находилось под водой, а затем поднялись на поверхность, и один из них подал знак крановщику, подняв вверх большие пальцы. Лебедка шумно заработала, трос натянулся.
— Месье Мартен, — обратился к нему Ленар, между тем глядя на реку, — вам знакомо имя Жан-Люк?
— Нет. А должно быть знакомо?
Двигатель автокрана зарычал громче, преодолевая сопротивление воды, не желавшей отпускать свою добычу. Ленар повернул голову и посмотрел ему прямо в лицо.
— Дэн Форд приехал сюда, чтобы встретиться с человеком по имени Жан-Люк. Вы знаете, кто это такой?
— Нет.
— Ваш друг когда-нибудь упоминал о какой-то карте?
— При мне — ни разу.
Мартен выдержал взгляд инспектора, а затем отвернулся и стал смотреть на появившийся из воды кузов серой «тойоты». Автокран взревел еще громче, и машина, из которой лились потоки воды, повисла в воздухе. Когда она оказалась на достаточной высоте, стрела крана повернулась, и трос стал разматываться, опуская автомобиль на гравий. Как и у «ситроена» Дэна Форда, стекла на дверях были опущены.
Ленар отошел от Мартена и направился к «тойоте». Он подошел к автомобилю одновременно с Коваленко. Русский сыщик заглянул в машину, и то, как скривилось его лицо, сказало Мартену все. Кем бы ни был человек, находившийся внутри, его постигла та же участь, что и Дэна Форда.
— Ваше полное имя, мистер Мартен?
Коваленко открыл небольшой блокнот, сел вполоборота к Мартену и приготовился записывать. Ленар продолжал вести машину.
— Николас Мартен. М-А-Р-Т-Е-Н.
— Где вы живете?
— В Англии, а точнее, в Манчестере. Я учусь в университете.
— Место рождения?
Коваленко задавал вопросы легким, непринужденным тоном, но от взгляда его больших карих глаз, казалось, не могла укрыться ни одна мелочь.
— Соединенные Штаты Америки.
На память пришел тот день, когда они запускали ракеты, и из-за неосторожности Мартена одна из них взорвалась, в результате чего Дэн Форд лишился глаза. А если бы у друга было нормальное зрение, тогда он сумел бы вовремя заметить нападающего и как-то отреагировать, защититься?
— В каком городе вы родились? — словно издалека донесся до него вопрос русского следователя. Николас вздрогнул и вернулся к действительности.
— В Монпелье, штат Вермонт. — Биография настоящего Николаса Мартена намертво отпечаталась в его памяти.
— Мистер Форд был родом из Лос-Анджелеса. Когда и при каких обстоятельствах вы с ним познакомились?
— Как-то раз летом, будучи еще подростком, я приехал с родителями в Калифорнию. Именно там мы познакомились и стали друзьями.
Чем проще, тем лучше. Он всего лишь Николас Мартен из штата Вермонт, и все.
— С детективом Хэллидеем вы познакомились тогда же?
— Нет, это случилось позже. Я снова приехал в Лос-Анджелес, уже когда Форд стал журналистом и освещал работу полиции. — Говоря это, Мартен смотрел прямо в глаза Коваленко, чтобы у русского, не дай бог, не возникло никаких подозрений. А в голове его тем временем вертелись в кровавом хороводе три имени: Нойс, Хэллидей, Форд. А затем к ним добавилось еще одно, четвертое, объединившее остальные в единое целое: Реймонд.