Мартен заметил, как в глазах Коваленко, которые до того оставались равнодушными, пробежала искорка. Значит, он на правильном пути. Что ж, пойдем дальше.
— Нойса убивают в Париже. Следом приезжает Хэллидей. Форд уже здесь в качестве корреспондента «Лос-Анджелес таймс». Никто из них не узнает Торна, поскольку тот перенес пластическую операцию, но он-то знает их всех, а они подобрались слишком близко к его делам.
— Значит, мистер Мартен, вы исходите из того, что главной его целью был Нойс. — Коваленко отработанным движением руки поднял бутылку и разлил остатки водки по стаканам, потом протянул собеседнику его порцию. — Интересно, а у Форда были какие-нибудь мысли о том, чего этому Реймонду Торну было нужно от Нойса сначала в Лос-Анджелесе, а потом здесь, в Париже? Или по какой причине он мог убить Нойса?
— Если у него такие мысли и были, он ими со мной не делился.
— Та-ак. — Коваленко сделал большой глоток. — Что у нас имеется в наличии? Некий безликий подозреваемый и убийства без ясных мотивов. Почему он убил Нойса, почему убил Форда или Хэллидея? Единственное объяснение пока сводится к тому, что они видели его в прежнем воплощении. Кроме того, насколько известно всем остальным, этот человек мертв. Кремирован. Концы с концами не сходятся.
Мартен пригубил водки. Если и раскрывать перед Коваленко оставшиеся карты, то именно сейчас.
«Доверься русскому, — подсказал ему внутренний голос. — Поверь, он преследует собственные цели и не выдаст тебя Ленару».
— Если отпечаток пальца, оставленный на машине Дэна, принадлежит Реймонду, я могу однозначно доказать все, о чем говорил.
— Каким образом?
Мартен до конца допил водку.
— Хэллидей сделал компьютерную копию протокола об аресте Реймонда Торна лос-анджелесской полицией. Когда? Не знаю. Но там есть отпечатки пальцев и фотография преступника.
— Компьютерная копия… То есть диск?
— Да.
Коваленко уставился на него, не веря собственным ушам.
— Вы нашли это в его записной книжке?
— Да.
Продавец положил в пакет бутылку водки, а следом за ней солидный кусок сыра грюйер, бумажный сверток с тонко нарезанной салями и большой батон. Куплены были также зубная щетка, тюбик зубной пасты, упаковка одноразовых бритв и небольшой баллончик с кремом для бритья.
— Merci, — поблагодарил Мартен, расплачиваясь за покупку.
Выйдя из местного магазинчика, он свернул на улицу Нормандии и зашагал к отелю, в котором остановился Коваленко. В последние несколько часов заметно похолодало, поднялся ветер, пригнавший стадо темных облаков, из которых время от времени начинал сыпать снег. Руки быстро замерзли, изо рта валил пар. Было такое чувство, что он находится в Манчестере, а не в Париже.
Коваленко послал его в магазин пополнить запасы продовольствия и закупить туалетные принадлежности. А сам, вне сомнения, хотел в это время подробнее изучить книжку Хэллидея и папку Форда в надежде отобрать кое-что лично для себя, не прибегая к посторонней помощи. Оба прекрасно понимали, что Мартен мог просто уйти, несмотря на отсутствие паспорта. Чтобы подстраховаться на этот случай, русский сообщил ему, что три с половиной часа назад поезд «Евростар» прибыл в Лондон, но без Николаса Мартена, о чем лондонская полиция в считанные минуты уведомила Ленара. Вне себя от бешенства, Ленар тут же позвонил Коваленко — не для того даже, чтобы информировать его о случившемся, а скорее с целью «выпустить пар». Француз заявил, что расценивает поведение Мартена как личное оскорбление и объявляет общегородской розыск с целью арестовать мерзавца.
— Считаю своим долгом предупредить вас, чтобы вели себя поосторожнее. Так вы идете в магазин?
Вообще-то у Коваленко не было иного выбора. Буквально за минуту до ухода Мартена он запросил у Ленара дубликат досье по делу об убийстве Дэна Форда. Договорились, что документы будут немедленно доставлены в гостиничный номер. Русский особо подчеркнул, что ему нужно полное досье, с четкой фотокопией отпечатка, снятого с машины. Таким образом, было очевидно, что Мартену не следует находиться в комнате, куда в любой момент могут заявиться полицейские, а то и сам Ленар.
Размышляя об этом, Мартен брел, склонив голову и пряча лицо от порывов ветра и мокрых снежных хлопьев. Не менее очевидным ему представлялось и то, что нужно всерьез опасаться полиции, которая рыщет вокруг в надежде найти его.
Опасливо войдя в обветшавший вестибюль гостиницы «Сент-Оранж», Мартен отряхнул снег с головы и плеч. За гостиничной стойкой оживленно болтала по телефону маленькая женщина в черном свитере с изможденным лицом и седыми волосами-сосульками.
Он поймал на себе ее цепкий взгляд, когда проходил мимо. Она отвернулась, лишь когда он подошел к лифту и нажал на кнопку. Ждать пришлось около минуты, и Мартен заметил, что она снова пристально смотрит на него. Наконец дверь открылась, он зашел внутрь и нажал на кнопку этажа, где находился номер Коваленко.