Изгнанник отовсюду (СИ) полностью

— Предлагаешь ей выбор между смертью и позором?

— Нет. Я предлагаю этот выбор тебе.

Я посмотрел на девушку, вспомнив об утреннем поцелуе. Ее лицо отражало гамму чувств.

— Пытаешься привязать меня к своему миру. Понимаю. Цена — разрушенная самооценка и репутация девушки. Не понимаю.

— Тогда что ты хочешь? Бессмертие? Это тоже возможно, — Лесия достала из кармана небольшой прозрачный флакон с чем-то желто-тягучим, и открыла его. Раздался запах меда и вишни. — Оно будет твоим, если ты встанешь на нашу защиту. Мало? Я сама стану твоей по одному твоему слову. Любое желание, любой каприз! Что ты хочешь, Максим, что?

Только я успел подумать, что она заходит слишком далеко, как королева упала на колени и склонила голову. И это при Делине, своей служанке, стоящей белой, как мел.

— Скажи хоть что-то, Максим, я прошу тебя, — голос Лесии упал почти до шепота.

— В каком же ты, должно быть, отчаянии, раз обращаешься ко мне… вот так.

— Маркус склоняет Латрея к повторному ритуалу. Мои дочери… мой сын… Они не переживут этого! Не переживут, понимаешь??? — последнюю фразу она сорвалась на крик. В кленовых глазах стояли слезы. Вынести этого я не мог, отвернулся. — Хочешь — мы обе будем твоими. Хочешь — я тебе целый гарем организую из тех эльфиек, что ты сам выберешь, кем бы они ни были!

— Я не животное, Лесия. Хоть и человек.

— Ты по-прежнему остаешься мужчиной. Разве ты не мечтаешь об этом? Вечная жизнь, полная прекрасных эльфиек, покорных твоему слову.

— Пока одна из них не заколет меня небольшим кинжальчиком, сантиметров пятнадцать длиной.

— Я обеспечу их верность.

— Каким образом? Будешь держать их под местной наркотой?

— Есть… способы.

Она действительно в отчаянии. Нисколько не стесняясь Делины, Лесия мне сейчас говорит то, что явно не предназначено для чужих ушей, стоя передо мной на коленях, что точно не должны видеть посторонние глаза. Смиряет гордость перед человеком, рискуя своим престижем и влиянием. И все это не ради себя, а ради защиты своих детей.

— Оружие.

— Что?

— Ты обещала оружие, — я развернулся. — Мне этого мало. Мне нужны экипировка, карты, сведения, материалы по защите вашего Места Силы, или как оно там называется. Даже если вы там потерпели поражение, хоть кто-то должен был выжить и рассказать обо всем.

— Это… все?

— Разумеется, нет. Остальное ты услышишь позже.

Лесия медленно встала с колен.

— Я поняла. Я все сделаю. Оружие ты получишь уже завтра. Материалы через несколько дней, когда с них перепишут копию.

— И еще. Я не хочу другую горничную. Меня вполне устраивает Делина. Она будет жить даже после того, как я покину замок.

Королева посмотрела на свою служанку, после чего перевела свой взгляд на меня.

— Хорошо.

— Теперь я дважды обязана Вам жизнью, — Делина, как недавно королева, опустилась на колени.

— Не надо, встань.

— Нет. Максим, я… я прошу прощения за то, что наговорила Вам ранее. Пусть Вы и человек, но… достойный.

— Я прошу тебя, встань. Ты смущаешь меня.

Горничная все же послушалась меня и встала, поправляя платье.

— Видишь? Не все люди ведут себя как сволочи.

— Да, простите…

Она стояла с видом, словно что-то хотела спросить, но боялась или стеснялась. Я же просто человек, Делина, что с тобой сейчас происходит? В жизни не поверю, что у тебя появились ко мне какие-то чувства.

— Мне нужно работать, простите, — с этими словами она покинула мою комнату.

Поскольку я спал практически весь день, приходилось любоваться вечерними сумерками у окна. Хоть пейзаж за окном никогда и не менялся, он все равно оставался красивым, словно каждый раз открывая для меня новые грани. Дитя урбаны среди природы… С завтрашнего дня моя жизнь обещает круто измениться, так что черт его знает, когда я теперь смогу вот так стоять у окна, вдыхать чистый прохладный воздух и любоваться окрестностями.

Вспомнились слова Делины о достоинстве. Достойный вор, хах. Хотя, если задуматься, я действительно несколько отличаюсь от обычного криминального контингента. Жаргон (так называемую «феню») учить не стал, разделом сфер влияния и чужими разборками не интересовался, покровителя не искал и вообще, старался жить тихо, мирно и размеренно. В итоге мои соседи считали меня вполне порядочным человеком, хоть и бездельником, который живет хрен знает на что, раз не ходит на работу. Черт, знали бы они, сколько сил стоит поддерживать этот образ…