Оказалось, что мою новую камеристку зовут Ханна, и за всю следующую неделю в Лавуале я ни разу не пожалела, что забрала ее к себе. Ханне недавно исполнилось восемнадцать, но в замке она работала больше трех лет. Помогала на кухне, выполняла грязную работу и стояла на нижней ступеньке местной служебной иерархии. До своего нового назначения, естественно. Ханна такую привилегию оценила по достоинству, и у меня были и горячая ванная, и выглаженная одежда, и даже шерстяная накидка. Последняя появилась в моем гардеробе, когда я перед сном высказала идею прогуляться в верхнюю деревню и посетить приют. Сегодня Яков решил наконец-то отступить, и на улице выглянуло солнышко.
— Вы не смотрите, что это шерсть, госпожа Альви, — вручила мне накидку Ханна. — Ваши курточки превосходны, но они морозным днем не согреют.
Ярко-бирюзовая накидка была из такой мягкой шерсти, будто я гладила котика. Достаточно тонкой, но удивительно теплой. Примерив обновку, я поняла, что это какое-то чудо. Как этот тонюсенький материал может так греть?
— Откуда это?
— Подарок от моей сестры по приюту. Она работает в нижней деревне и вяжет и ткет одежду для местных.
— Почему оно такое тонкое и такое теплое?
— Вам рассказывали про Якова? — поинтересовалась Ханна и после моего кивка продолжила: — Говорят, наши горы с магией. Вот и шерсть кроликов обладает такими чудодейственными свойствами.
Фантастика!
Но почему я о таком не слышала? Ладно я, порывшись в памяти Альви, я поняла, что она тоже про эту шерсть слышала впервые.
— В столице разве не знают про этих кроликов?
— Знают, — кивнула Ханна. — Сюда люди ара Эрхольда приезжали, увозили много шерсти с собой и даже кроликов. Но вот в чем штука: стоило тюкам с шерстью покинуть местные воды, так вся магия тю-тю. Исчезала без следа! Только здесь, в Лавуале, эта накидка будет греть, уедете отсюда, станет простой тряпочкой.
— Очень жаль, — я не стала скрывать своего разочарования. Такую шерсть можно было продавать в столицу и зарабатывать себе на жизнь. Жить на «алименты» мужа я не собиралась. Которые и вовсе не алименты. На содержание замка он что-то выделяет, но вряд ли расщедрится на Искру, которая ему даже наследника не родила!
Но Ханна подала мне другую идею: надо бы задуматься, чем мне здесь заняться, и на что вообще жить. Этот мир, конечно, интересный и с магией, но я-то тоже не из отсталого. С шерстью не получилось, но может получиться с чем-то другим.
Надев варежки и кутаясь в теплую накидку с капюшоном, я в приподнятом настроении покинула замок через парадный вход. Мороз щипал за щеки, ярко светило искрящееся на снегу солнце, и я подумала, что, с магией или без, изобрету солнцезащитные очки. Но даже без них мои глаза широко раскрылись, когда я смогла рассмотреть открывшиеся моему взгляду пейзажи. В первый день я слишком устала и хотела прилечь, потом Яков спустился с гор, но сегодня я была полна сил, чтобы оценить красоты Лавуаля и сам замок по достоинству.
Видимо, когда-то здесь была внешняя стена, защищающая внутренние строения замка, но ее снесли, а вот красивый каменный мостик остался. Дорога, выложенная брусчаткой, вела вниз, где в ладонях гор с белоснежными склонами виднелись каменные и деревянные домики с заснеженными крышами, попыхивающие дымовыми трубами. Это была настоящая альпийская деревня, словно сошедшая с рождественских открыток.
Настоящий зимний курорт!
Ханна и Арчибальд, выделенный Беркинсоном лакей, кажется, не успевали за мной. Правда, они несли две корзины для приюта. Я бы тоже что-нибудь с собой прихватила, но для тела Альви даже такая прогулка была подвигом. Ничего, буду ходить в деревню каждый день — привыкну. Стану сильной. Во всех смыслах.
Верхняя деревня вблизи впечатлила меня еще больше. Я откровенно пялилась, не скрывая своего восторга. Ханна только усмехалась, а Арчи… он был из свиты Беркинсона, поэтому по его лицу сложно было понять, что он думает. В замок мы вернулись на закате, я всю дорогу оборачивалась и рассматривала красное небо и такие же покрасневшие верхушки многовековых сосен. Уже почти стемнело, когда мы поднимались по ступенькам парадного входа. Ждал нас до невозможного счастливый Беркинсон.
Когда я увидела улыбку дворецкого, искреннюю и самодовольную, сразу же заподозрила нехорошее. Хотя был еще вариант, в котором у него перестали болеть зубы.
— Добрый вечер, госпожа, — почти пропел Беркинсон, причем очень странно выделил обращение. — Вас ожидает гость.
— Гость? — Я стянула накидку и отдала ее Арчибальду, моими стараниями в замке теперь было жарко.
— Да, доктор Вайт. Вы с ним разминулись, когда решили посетить деревню.
— Доктор? — я нахмурилась. — Зачем мне доктор?
— Он вам все расскажет, — гаденько усмехнулся дворецкий. — Я провожу.
Я оглянулась на Ханну, которая, кажется, тоже ничего не понимала, но пошла следом за Беркинсоном.
Доктор Вайт ждал меня в большой гостиной на первом этаже, пил чай возле камина. При моем появлении он поднялся и поклонился мне. Я же отметила, что он полностью соответствует своей фамилии, похож на Деда Мороза.
