Что мне ответила Ханна, я не помнила, потому что эту елочку окончательно срубило. Я провалилась в сон и снилась мне моя искра, прогоняющая Якова со склонов. А утро началось не с кофе.
Я столкнулась с проблемой всех начинающих бегунов под названием «не в чем бегать». У Альви были юбки и ни одного брючного костюма. Но и тут мне помогла моя помощница, выслушав меня и быстро притащив мне собственные штаны с начесом.
— Я надевала эти гамаши до того, как вы велели топить замок. Чтобы не замерзнуть, пока чищу камины. Они из той же шерсти, что и накидка.
«О, легинсы!» — обрадовалась я, но пообещала, что сегодня же схожу в деревню и куплю себе собственные. Ботинки заменили кроссовки, сверху пригодилась курточка, которую местные леди надевали поверх платья, и я была готова к тренировке.
Из замка я выбежала часов в десять. Яков сегодня не наползал, и ярко светило солнце. Я размялась, поприседала и сделала кружок вокруг замка. Учитывая, что замок был немаленький, то и тренировка вышла хорошая. Быстро и качественно побегать у меня, правда, не получилось. Тело Альви тут же отзывалось одышкой и темными мушками перед глазами, но я сильно не усердствовала, ограничилась быстрой ходьбой. Мне же не убиться нужно, а здоровья набраться. Думаю, без чудо-зелий доктора здесь тоже не обошлось, они дарили бодрость, но не изматывали, как, например, энергетики.
После тренировки я решила ограничиться растяжкой, уже предвкушая, как завтра меня раскорячит от боли в мышцах, которые никогда не знали пилатеса, и отправилась завтракать. Оказалось, Ханна отвоевала мне жареные колбаски с яичницей, тосты с маслом и свежие ягоды. Последние, по словам девушки, росли в Лавуале под снегом, и им также приписывали разные волшебные свойства. Недоказанные, но все-таки. На мой вопрос, как ей удалось все достать, Ханна отказалась признаваться.
— Вы свою голову этим не занимайте, госпожа Альви, — получила я в ответ. — Лучше, пожалуйста, выживите и покажите здесь всем, кто настоящая хозяйка.
После завтрака я отправилась в библиотеку и просидела там до обеда, в поисках информации про драконов и их искр. Мне не давал покоя момент: зачем муженек так торопится извлечь из Альви свой огонь. Хочет поскорее на тот свет отправить? Что ему мешает запихнуть в Анасту новую искру, а меня оставить в покое?
Оказалось, что мешает сама искра. Моя.
Я провела в библиотеке много часов. Здесь вообще, кажется, все книги были про драконов и про страшилки, о которых умолчал доктор. Что искры умирали сразу или не сразу, сходили с ума и теряли молодость. Но в одном из ветхих талмудов я нашла интересный факт. У дракона может быть только одна Искра в один промежуток времени: он просто не сможет перенести свое пламя в другую девушку, пока искра уже «обрела сосуд». В книге так было и написано «сосуд», чувства самой Искры не учитывались.
Это означало, что от процедуры мне не отмахаться, и отсрочку мне никто не даст. Если дракону нужна искра для Анасты, то он прилетит ко мне в срок и заберет мою магию. Хотелось бы верить, что только магию. А не жизнь.
Не знаю, что бы делала Альви, я же развила бурную деятельность. Помимо упражнений и приема зелий, я не оставляла себе ни единой свободной минутки. Если при первом знакомстве директриса приюта отнеслась ко мне с недоверием, то в конце второй недели моего пребывания в Лавуале мы разговорились. Немалую роль в нашем сближении сыграла и Ханна: женщина, которая работала здесь, выпустила ее, как и многих других детей, от которых отказались родители. Сначала мы сошлись на разговоре о моей камеристке, потом — на Пите.
— Он неплохой мальчик, — сказала она. — Просто считает, что в замке шикуют, пока мы тут голодаем. Конечно, это не оправдание, и мы его наказали, лишили сладкого, которое даем на выходных, но он не со зла. Он никогда не воровал деньги или ценности, никогда не обижал слабых. Да у нас здесь все ребята хорошие.
Я не стала говорить, что некоторые и правда шиковали, тем более что вопрос был решен: с Питом мы исправно отправляли продукты в приют три раза в неделю, и никто в замке не умер от голода. Жульена при этом, правда, смотрела на меня так, словно была не прочь сыпануть мне в завтрак крысиного яда, но пока ничего не предпринимала. Хотя в ее глазах я нет-нет да и читала торжество: вот прилетит император, заберет твою искру, и тогда мы посмотрим. Но то ли я сразу успешно вправила всем мозги, то ли что-то еще, открыто нападать на меня пока все опасались. Хотя и шипели по углам.
