Когда прислужник стал обносить всех новым блюдом с огромной рыбой, украшенной листьями лимонного куста, Лорисс решила, что это испытание ее желудок уже не выдержит. На ее тарелке, впервые за последнее время остался кусок тушенного в кисло-сладком соусе мяса, немного цветной капусты, обжаренной в тесте и красный картофель, нашпигованный начинкой из грибов и ветчины. Пожадничала, называется.
-Виль, - Мелисента играла голосом, как кошка с мышкой, - ты смотришь в тарелку с таким выражением лица, словно там что-то страшное. Тебе не понравилось?
-Мне понравилось, ваше сиятельство. Но за время путешествий мы отвыкли от деликатесов, - пришлось ответить Лорисс. Слава Свету ее рот к тому времени оказался пустым.
-Можно подумать, - Далмат поспешил округлить глаза, - ты с детства привык к такой пище и отвык только за время путешествия! И ведь ни словом не обмолвился об этом. А я-то тебя кашей на воде кормил. Может, пришла пора и к тебе на “вы” обращаться?
-Виль от нас что-то скрывает, - Мелисента прищурилась. - Мне он совсем не кажется деревенским парнем, как вы пытаетесь его представить. Меня даже несколько коробит, когда приходится обращаться к нему на “ты”.
-Ничего страшного, ваше сиятельство, я привык к такому обращению, - Лорисс наклонила голову. И только услышав одобрительный смешок Далмата, поняла, насколько двусмысленной прозвучала ее фраза. Могло сложиться обманчивое впечатление, что она в действительности занимала высокое положение в общественной иерархии и обращение на “ты” принимала как вынужденную неизбежность.
-Мне на миг показалось, - Глеб поднял бокал с вином, - что мы по-прежнему сидим у костра, а не в рыцарском зале старинного замка.
-Помилуйте, граф, - Мелисента картинно всплеснула руками. - Почему?
-Дружеская перепалка продолжается.
-Сынок, без этого в дороге нельзя, - Ильяс вытер льняной салфеткой сальные губы. - Вот я, большую часть жизни провел в седле и знаю точно, долгая дорога не любит серьезного отношения. А самое страшное, - он поднял короткий толстый палец, - если все лишены чувства юмора. Мне вспоминается такой случай. Ты, Гелберт, кстати, должен его помнить. Было это лет десять, может больше, тому назад. У нас в замке тогда гостили родственники из Ливэтна. Тут были кроме того и граф Бритон Эльский с женой, и граф Парис Ривенский, тоже с женой, кавалеры Арни Брильский, братья Криппские… Не упомню всех. Праздник был по случаю сбора урожая и годовщина нашей с… Неважно. Так вот, утром, как положено, мы с мужчинами отправились на охоту. Кстати, удачно тогда поохотились. Ну, грех было отказать себе в удовольствии и не задержаться на ночь у костра, за разговорами, вином, и жаренной на вертеле олениной. А среди нас был и мой двоюродный брат, Крист. Шутник еще тот, скажу я вам. Ночь, естественно, проходит в веселье, за разговорами. И тема ближе к полуночи пошла соответствующая. Прошу прощения, - Ильяс махнул головой в сторону Лавелии, - о женщинах. И тут Крист, как бы между прочим, и говорит: а знаете ли вы о знаменитом одуванчике, не том белом, а синем? Том самом, что если вдохнуть его пыльцу в Ночь Полной Селии, такую как сегодня, то мужская сила возрастает в десять раз? Бритон отвечает: кто ж не знает, только штука это редкая, если вообще имеется. А Крист и говорит: вот и мне, наверное, показалось, что на соседней поляне, у большой ели, как раз такие одуванчики и растут. Ну, мы посмеялись, так, знаете, свысока, нам тут и своей-то силы, дескать, девать некуда. Ближе к утру все угомонились, и разошлись по палаткам. А утром встаем… Да, для тех, кто не знает, поясню: есть один цветочек, в темноте вполне можно спутать с синим одуванчиком, пуховик, называется…
До Лорисс раньше других дошел смысл рассказа, и поэтому она не смогла удержать смешок. Действительно, пуховик напоминал недостижимую мечту любого мужчины - синий одуванчик. С той лишь разницей, что если его пыльцу вдохнуть, распухнет нос, глаза будут слезиться целый день, губы разнесет на пол-лица. Словом, чем сильнее вдохнешь, тем серьезней последствия. Зато рядом с пуховиком никогда не кусают насекомые…
Ильяс замолчал, пережидая приступ смеха.
-И все как один, да-да, выходят утром из палаток: носы красные, как сливы, глаза в слезах - не открыть, губищи, как у городских… ну да… То-то мы с Кристом посмеялись!
-Дядя, - пряча довольную усмешку, негромко сказал Глеб, - ты забыл уточнить, что смеялся-то как раз один Крист…
-Не о том речь, - отмахнулся Ильяс. - У меня был еще такой случай…
-Дорогой, - Мелисента накрыла ладонью руку мужа, - все твои случаи я знаю. Мне бы очень хотелось послушать, что расскажет Гелберт. Флавиан, вы совсем не попробовали утку с алычей. Мне кажется, наш повар способен удивить своим искусством самого взыскательного гурмана.
-Благодарю вас, графиня, я сыт, - Флавиан учтиво склонил голову.
-Виль, тебе не нравится вино? - Мелисента удивленно подняла брови.
“Вот привязалась вредная баба”, - раздраженно подумала Лорисс, но вслух, естественно, не сказала.
